Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Как известно, драконов не существует.
Эта констатация может удовлетворить лишь ум простака, но отнюдь не ученого»
Станислав Лем.

Роман Литов «На удачу»

© Roman Litov (2:5083/73.13)
Рассказ любезно предоставлен автором.

—Купите китайского дракончика.

Я посмотрел вниз. Маленькая и чертовски грязная ручонка, дергавшая меня за пальто, принадлежала такой же маленькой и чертовски грязной девчушке. Конечно, можно было бы сказать, что я пожалел обладательницу необыкновенно голубых глаз и растрепанных кудрей, но пальто было только что получено из чистки и, пытаясь отделаться побыстрее от ребенка, я бросил ей пятерку.

— Вот, возьмите. В этом году он всем приносит удачу, — на протянутой ладошке, оскалившись улыбкой, лежала китайская статуэтка.

Я даже не обернулся. Удача… Удача и без того стояла ко мне лицом. Вернее даже — не стояла, а лежала передо мной, раскинув ноги, как дешевая проститутка, готовая выполнить любое пожелание, и не собираясь уходить до самого утра.

— Спасибо, мистер, — донеслось из-за спины.

Северный ветер ударил мне в лицо прохладой, заставив поднять воротник и засунуть руки в карманы. Пальцы тут же натолкнулись на посторонний предмет.

Выудив его, я усмехнулся — с ладони на меня улыбался китайский дракончик. Повертев его пару секунд у себя перед глазами, я бросил статуэтку в жестяной бак для мусора. Удача за пять долларов… Когда мне улыбается удача за пять миллионов долларов, я предпочитаю не мелочиться. Пять миллионов долларов — цена целой сети кафе и закусочных по всему городу. А если ты владеешь всеми дешевыми забегаловками в городе — то ты можешь не бояться за свою старость, она будет хорошо обеспечена. Впрочем, молодость тоже.

До пяти миллионов мне не хватало трехсот тысяч. Рики был мне должен триста семьдесят. Четыреста — с процентами. Рики — это ушлый парень, готовый зарабатывать на чем угодно, и поэтому, часто теряющий свой заработок. Как мне сказали, сегодня у Рики были деньги. А это, в свою очередь значило, что сегодня мне будут принадлежать все закусочные города.

Я подошел к старому кирпичному дому. Из темноты кто — то вынырнул мне навстречу.


—Привет, Бобби, — я всегда удивлялся его ширине, и никогда не мог найти его шею. — Ты как всегда всё больше и больше.

— Угу.

Что — то он сегодня разговорчив. Впрочем, если дойдет до дела, то Бобби все сделает молча. Он, было, направился за мной, но я остановил его:

— Погоди. Рики мой старый приятель, и я думаю, всё обойдется и так.

— Угу.

Поднявшись на второй этаж, я постучал. Через пару секунд дверь открылась ровно настолько, насколько ей позволила медная цепочка. Из щели на меня, не мигая, смотрел хитрый зеленый глаз.

— Забываем старых друзей? — спросил я.

— Ба! Сколько лет! Тэер, дружище, ты ли это?!

Дверь распахнулась, и я вошел.

— Не, это ж надо, так вдруг и ты! — Рики продолжал изображать радость, в то время как его зеленые глазки бегали по сторонам, — И что заставило тебя появиться в берлоге бедного Рики? — спросил он.

— Деньги, Рики, всего лишь деньги. Ты ведь не забыл про свой долг?

— Что, уже прошло шесть месяцев? — на лице Рики, по его мнению, должно было быть удивление, но он был неважным актером.

— Уже прошел год. Я ждал, поскольку терпелось, я не напоминал тебе о долге целых полгода, но сейчас, Рики, мне нужны мои деньги.

— Целый год уже прошел, ай-я-яй, как время летит, — Рики упал в кресло, — Черт, Тэер, я и не заметил за постоянной суетой… Мне нужна хотя бы неделя, чтобы собрать деньги… Верней нет — две недели. И я отдам тебе все.

— Ты растешь, Рики. Для того чтобы собрать четыреста штук, тебе надо всего две недели… Ты становишься деловым человеком. Но, Рики, деньги мне нужны сейчас. В течение двух минут.

— Даже федеральный банк не напечатает тебе такую сумму за это время. –Рики улыбнулся, — А я только маленький букмекер, изредка торгующий левым товаром, откуда у меня деньги?

— Черт тебя дери, Рики! — сорвался я, — У тебя под подушкой в данный момент ровно половина от миллиона американских долларов, а ты строишь из себя невинную школьницу, торгующуюся на панели за каждый четвертак!

— Но откуда… — мой старый приятель сильно побледнел, — Впрочем, ладно, это не моё дело… Просто, пойми, Тэер, это не мои деньги. Но через две недели они станут моими. Причем увеличившись ровно в два раза. Дело верное, поверь. Я отдам тебе пятьсот тонн… Ровно через две недели. И не секундой позже, я клянусь.

— Нет.

— Господи Иисусе! Да пойми же ты, что я отдам тебе весь долг и сто кусков свыше того! Две недели, всего две недели!

— Нет.

— Я просто не могу отдать тебе денег сейчас. И я не отдам их тебе, — Рики нервно расхаживал по комнате, — Я должен буду вернуть их через две недели с процентами… С очень большими процентами. И очень большим людям. Поэтому я не отдам тебе долг. Сейчас не отдам.

— Рики, Рики… — я укоризненно покачал головой, — Отдать долг с большими процентами, самому получить в два раза больше, да ещё расплатиться по старым обязательствам… Знаешь в чем твоя проблема, Рики? В том, что ты до сих пор веришь в удачу. Причем в такую удачу, которой не бывает в принципе.

— Но в этот раз дело верное, и поэтому тебе придется подождать две недели, – надо же, а голосок у него окреп. Но, пора с этим кончать.

— Я не буду ждать две недели Рики, и ты не будешь ждать две недели, а знаешь почему? Потому что я собрался делать покупки. Очень выгодные покупки. Очень дорогие покупки. Причем товар я буду приобретать не у простого продавца, Рики.

Я собрался покупать всю еду Красного Фредди… А как ты думаешь, Рики, почему Фредди продает выгодное дело? Ты, наверное, правильно думаешь — ему очень нужны деньги. Ты как раз стоишь у окна — посмотри, ты ведь слышал о Бобби? Я жду ровно две минуты…

Жалко и противно было видеть Рики таким. Весь осунувшийся, сморщенный, даже его вечно хитрые зеленые глаза посерели. Он подошел к кровати — под матрацем лежал пакет. Идиот. Вот почему он так сильно растерялся в начале разговора…

Я вышел из подъезда довольным и материально обеспеченным человеком, у которого было будущее и не было проблем. Весело похлопал по плечу Бобби: — Я же говорил, что никаких проблем не будет. Мы старые приятели… Бобби лишь многозначительно сплюнул на асфальт и зашагал следом.

Мы отошли на каких — то сорок футов, как позади нас хлопнула дверь подъезда. Обернувшись, я заметил, как Бобби разворачиваясь, одновременно выхватывает из наплечной кобуры пистолет. Удивительно, при таком телосложении — такая реакция, ловкость и скорость. Качества, которых, к сожалению, у меня не было. Но обернуться я успел. Скорченная гримаса Рики, дуло направленного на меня "Вальтера" – всё сфотографировалось в моей памяти навсегда. Не помню, что я услышал первым -

грохот выстрела, или крик "Будь ты проклят, Тэер", помню лишь, что почувствовал сильный удар в грудь…


Открыв глаза, я увидел Бобби, усердно поливающего меня водой из лужи, в которой лежало моё тело. Черт, только сегодня забрал пальто из чистки… Я попытался подняться, но боль в груди помешала мне встать. Пара ребер точно сломана. Но ребра — это ерунда — месяц и я снова в полном порядке. Бобби приподнял меня за плечо, и я сел. В нескольких метрах от меня лежал Рики. Между его, когда — то зеленых, глаз, чернело аккуратное пулевое отверстие. Кстати, похожая дырочка обязана находиться и у меня в груди, а душу мою уже должны жарить на сковородке хвостатые и рогатые. Но, заляпанное грязью и водой пальто не было запачкано кровью.

— С каких пор ты носишь бронежилет? — наверное, эта самая длинная фраза, которую я услышал от Бобби за всю жизнь.

— Какой, к дьяволу, бронежилет?

Бобби ткнул пальцем в дырку на моем пальто:

— Он не промахнулся.

Черт, и это действительно было так! Проведя рукой по месту, из которого душа должна была покинуть моё грешное тело, я сквозь пальто нащупал что-то твердое. Тут же, достав это "что — то" из нагрудного кармана своей сорочки я глупо захлопал глазами. На ладони, хищно улыбаясь и глядя на меня нарисованными глазами, лежал китайский дракончик. В теле статуэтки застряла девятимиллиметровая пуля…


***

Тэер Уэсслейк залпом опустошил ещё одну рюмку.

— Вот такая вот история, — произнес он уже заплетающимся языком. Джимми, его доверенное лицо, помощник, старый друг и просто собутыльник разлил остатки виски:

— Да, никогда не знаешь, где урвешь, а где оторвут…

— Так вот, — продолжал Тэер, — Из этой истории я сделал два самых важных вывода в своей жизни… Первый — это то, что моя жизнь стоит не больше пяти долларов…

— Ну а второй?

— Второй? — Тэер усмехнулся, — Я, наверное, один знаю, как выглядит судьба… У неё необыкновенно голубые глаза и растрепанные кудри..


***

Вторая бутылка была уже наполовину пуста.

— Ты ни одному моему слову не поверил, скотина… — еле ворочая языком и, пытаясь попасть пальцем в грудь Джимми, ворчал Тэер.

— Нет, поверил, причем почти всему… — Джимми опять разлил по одной. — Что значит "почти"? — взревел Уэсслейк.

— Ну…

— Сукин сын! Я докажу тебе это сейчас — же. — Тэер направился к своему портрету, за которым находился сейф. — "Почти всему", мать его… — он извлек из сейфа шкатулку и сдул с неё пыль. — Я не открывал её с того самого дня…

Взяв со стола нож, он просунул его в щель между крышкой, и повернул. Шкатулка распахнулась. Тэер побледнев захлопнул шкатулку и упал на стул.

— Я не знаю, способен ли ты поверить в мою историю, но в это ты точно не поверишь… — он бросил шкатулку на стол.

Джими распахнул шкатулку. Вместо обещанной Тэером статуэтки в ней лежала бумажка в пять долларов. Обычная пятидолларовая купюра. Почти обычная пятидолларовая купюра… От других банкнот её отличало лишь то, что вместо портрета президента в ней была небольшая аккуратная дырочка, как будто проделанная девятимиллиметровой пулей…