Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Вода и луна охвачены чаньским спокойствием,
Драконы и рыбы слушают ваши молитвы.
Люблю я ученья буддийского свет —
На десять тысяч ли им все озарено.»
Цянь Ци

Ящер – бог-крокодил

Опубликовано в Альманах «Хроники драконов» № 3

Ящер – древний, устойчивый и вместе с тем еще неразгаданный полностью владыка подземно-подводного мира. В русском и белорусском фольклоре ящер... дожил до XIX в.

Б. А. Рыбаков «Язычество древней Руси»

Единых для всего славянского мира представлений о богах не существовало: поскольку славянские племена в дохристианское время не имели единого государства, они не были едины и в верованиях. Поэтому славянские боги не связаны «родственными» отношениями, хотя некоторые из них и очень похожи друг на друга. Каждое славянское племя молилось своим богам, религия северных (балтийских и новгородских) славян сильно отличалась от религии славян южных (киевских и дунайских). Славяне-язычники поклонялись стихиям, верили в родство людей с различными животными, приносили жертвы божествам, населяющим всё вокруг.

Через все источники XI–XIII вв. проходит описание основных славянских молений, как молений, обращенных к природной воде (реки, озера, родники-студеницы и т. п.) ради своевременного дарования воды небесной – дождя.

Самым грозным божеством считался владыка подземного и подводного мира – Змей. Северные славяне поклонялись Змею – владыке подземных вод – и называли его Ящер. Святилища Ящера располагались на болотах, берегах озёр и рек. Все славянские племена, поклонявшиеся Ящеру, считали его поглотителем солнца: ежедневно вечер нее светило опускается за пределы мира и подземной рекой плывёт на восток. Река эта течёт внутри двуглавого Ящера, проглатывающего солнце своей западной пастью и изрыгающего из восточной. О древности мифа говорит то, что Ящер не враждебен солнцу: он возвращает светило добровольно.

В здешних северных местах даже после замены религии на христианскую, как известно отличающуюся «неровным» отношением к мудрым змиям, эта древняя традиция уважения хранящего природный Порядок Ящера  не канула в Лету. Мало того, она и по сию пору здесь чтится без утайки и даже выставлена для всеобщего ознакомления.

Фреска «Чудо Георгия о змие»
Фреска «Чудо Георгия о змие»
«Лютый зверь коркодел» Храм Покрова на Нерли, 1165 г.
«Лютый зверь коркодел» Храм Покрова на Нерли, 1165 г.

В Георгиевской церкви Старой Ладоги, в образе знаменитой фрески «Чудо Георгия о змие» (выполненной около 1167 года), на которой змий не убивается Копьём Георгия, а укрощается Правдой – Словом. По местному преданию именно перед этой фреской молодой князь Александр Ярославич (в будущем «Невский») некогда произнес своё знаменитое: «Не в силе Бог, а в Правде». Дракон изображен в виде ящера.

«Поляки считали, что после Потопа именно Ящер восстановил и упорядочил весь подлунный мир, у остальных славян он был всего лишь третьестепенным божеством. Но ему приносили, в том числе и человеческие жертвы, когда во время весеннего ледохода верующие в экстазе бросались в реку и топились, оказывая тем самым почет этому божеству. Фольклорная запись о выборе жертвы этому божеству XIX века:

«Сядить Ящер У золотым кресле, У оряховом кусте орешачки луще. – Жанитися хочу! – Возьми собе панну котораю хочешь, котораю любишь».

В нашем веке эта считалочка звучит несколько иначе:

«Сиди-сиди, Яша, под ореховым кустом, Грызи-грызи, Яша, орешки каленые, милою дареные. Чок-чок, пятачок, вставай Яша-дурачок. Где твоя невеста? В чем она одета? Как ее зовут и откуда приведут?»[1]

В некоторых вариантах начало песни содержит слова:

Дам тебе, ящер, красную девку.

Что явно указывает на забытый ныне ритуал жертвоприношения.

Игра в ящера широко известна на Украине, в России и в Белоруссии.[2]

Многие детские игры являются смягченной трансформацией древних языческих обрядов. Сюда же можно отнести и широко распространенные обряды, уже превратившиеся в игрища, такие как «проводы Купалы», когда куклу, одетую в девичью одежку, топят в воде, или «проводы Масленицы», когда куклу, одетую в женскую одежду, сжигают.

Все фрагменты и отголоски славянских обрядов сводятся в единый комплекс: у древних славян, как и у античных греков, существовал обряд умилостивления божеств подземного мира, влияющих на плодородие, путем принесения жертв, бросаемых в воду.

Обычай приносить в жертву подводному богу человека очень долго существовал на севере в преобразованном виде: так, на Онеге ещё в начале XX в. старики делали чучело и в дырявой лодке отправляли в озеро, где оно и тонуло. Другой жертвой, приносимой Ящеру, был конь, которого сначала выкармливали всей деревней, а потом топили.

А. Н. Афанасьев подробно описывает жертвоприношение коня водному хозяину: «Крестьяне покупают миром лошадь, три дня откармливают ее хлебом, потом надевают два жорнова, голову обмазывают медом, в гриву вплетают красные ленты и в полночь опускают в прорубь или топят среди реки»[3].

«Волх (славянское «волк») – предполагаемый бог охоты у древних славян, бог – оборотень, земной бог, известный по легендам о происхождении названия реки Волхов и былинам о Волхе Всеславьевиче.

По былине о Волхе и народным легендам Волх был сыном земной женщиы и огненного змея. Былина называет мать Волха Марфой, легенда о Волхове – Шелонью (в её честь названа река). А отец Волха, змей, судя по всему, есть не кто иной, как Велес. Волх родился в полнолуние, на нём была волчья шкура («рубашка» – признак особого дара), которая после омовения в воде спала, но Волх, как и его отец Велес, обладал даром обортня и мог превращаться в разных животных, птиц и рыб, охотясь в этом образе. Волх покинул город отца и поселился на Перыни, построив «городок мал» для ночных мистерий, которые, судя по всему, носили вакхический, орфический характер с возлияними и оргиями, так как сам Волх превращался ночью в ящера и плавал по реке в Ильмень озеро к своей «коровице».

Волх объявил себя земным богом, противопоставив Перуну. Место храма Волха, Перынь, было посвящено Перуну, в противоположность урочищу Велеш в низовьях реки. Волх, таким образом, «в боги сел».

Волх оборачивался речным ящером и, плавая по реке, нападал на людей (купцов). Завершилась жизнь Волха тем, что его задушили речные «бесы». Тело ящера Волха было выброшено на берег и похоронено на Перыни. Над могилой был насыпан огромный курган. Однако на третий день на месте могилы образовалась бездна и поглотила тело. Это объясняется тем, что Волх попал к Велесу,  своему отцу»[4].

Очень интересными на фоне мифа о Волхе выглядит фигурка женщины из Велестинского клада. Большинство исследователей склонны считать, что фигурки, которые предположительно датируются VI–VII веками,  использовались для иллюстрации славянской мифологии. Некоторые считают, что набор принадлежал славянским волхвам.[5]

Женщина из Велестинского клада
Женщина из Велестинского клада

 «Явно видно, что и женщина и младенец сидят. Причём младенец сидит на правой ноге («на коленях») женщины. Гусли опираются на левую ногу женщины, то есть находятся в игровой позиции, характерной для гусель с игровым окном.

Сложнее всего описать младенца. При ближайшем рассмотрении мы видим у него когтистые лапы – одну заднюю, согнутую как ноги у сидящего человека, и одну переднюю, которая тянется к левой груди женщины. Задняя лапа изогнута 4 раза, что можно объяснить тем, что автор развернул её к нам пяткой, которая прикрывает лоно. Когти на передней лапе больше напоминают пальцы, но расположены веером и удлинены. Пальцев-когтей на лапах четыре или три. Четырёхпалость характерна для велестинских фигурок. Голова младенца также имеет зооморфные черты: большие круглые глаза, суженные челюсти и гребешок посередине головы. 

Непропорционально крупные глаза характерны для головок ящеров на антских пальчатых фибулах. Если глаза можно интерпретировать через выпуклые глаза ящериц, то гребень на голове объяснить трудно. 

Но наиболее вероятно, что на велестинской фигурке показан младенец с чертами ящера. Такая полиморфность характерна и для других фигурок из Велестино. 

Фигурка рассказывает о рождении младенца, так как изображение младенца помещено между лоном и грудью женщины, которая, судя по всему, – его мать. Это может объяснить, почему женщина обнажена. 

Мать на фигурке не только вскармливает младенца, но и обучает его «мудрости» гусляра. Перед нами будущий вещий соловей, родившийся от женщины, но носящий черты животного.

Фигурка показывает, как умения Велеса передаются младенцу Волху. Волх, как и Велес, – оборотень и гусляр. Здесь, следуя за реконструкторами мифов о Волхе, нужно признать, что Волх – это сын Велеса-змея, которого мать обучает умениям отца, передавшего сыну звериные черты.» 

Песнотворцы-гусляры  называются  на  Руси  внуками  бога  Велеса.  Эта  связь  считается неоспоримой  и  доказывается  фольклорным  мотивом  путешествия  гусляра  в  подводное  царство. 

Одним из самых подробных изложений мифа о Ящере является былина о Садко – гусляре, восхитившем своей игрой подводного владыку (названного в былине Морским царем).

Если вспомнить эту сказку, водяное божество Ящер одобряет игру гусляра, благодарит за нее и одаривает Садко, предрекая ему небывалый улов рыбы или же поимку рыб-золоты-перья, которые помогут ему перехитрить новгородских гостей и выиграть спор. Все предсказанное сбывается; гусляр становится самым богатым человеком в Новгороде. Игра на гуслях оказалась волшебным средством получения благ. Во второй части былины рассказывается о том, что Садко отправился на дно морское как жертва Ящеру-царю, но с помощью его дочери выбрался обратно (с переходом к земледелию многие мифы и религиозные представления охотничьей эпохи видоизменялись или забывались, жестокость древних обрядов смягчалась: жертвоприношение человека сменялось жертвоприношением коня, а позже – чучела).

Антропоморфность водного владыки в былинах о Садко стала результатом поздней обработки мифа, когда в сюжет был введён образ зажиточного купца, строителя церкви, а все языческое было убрано.

Б. А. Рыбаков приходит к выводу, что наиболее архаический слой преданий повествующий об игре мудрого гусляра («Он из хитрых же Садко да был хитер-мудер, Ен ходил-то все играл да все ко озеру…») ради хорошего улова рыбы – это часть древнего обряда, производившегося у священного места, названного после 980 года Перынью, а в более раннее время посвященного богу реки, «бесоугодному чародею» Волхову, «залегающему водный путь» и «преобразующемуся во образ лютого зверя коркодела».

Ручка ковша в форме головы дракона. Дерево, резьба. 
Конец XIII в. Новгород. Из альбома «Древний Новгород: 
Прикладное искусство и археология» (М., Искусство, 1985)
Ручка ковша в форме головы дракона. Дерево, резьба. Конец XIII в. Новгород. Из альбома «Древний Новгород: Прикладное искусство и археология» (М., Искусство, 1985)
Накладная бляха с изображением дракона
XIII в. Новгород. Из альбома «Древний Новгород: Прикладное искусство и археология» (М., Искусство, 1985)
Накладная бляха с изображением дракона XIII в. Новгород. Из альбома «Древний Новгород: Прикладное искусство и археология» (М., Искусство, 1985)

Подтверждением данного предположения может служить то, что среди орнаментов на гуслях из раскопок в Новгороде главную роль играет ящер.

Т. е. орнаменты новгородских гусель XI-XIV вв. прямо указывают на связь этого, несомненно культового инструмента со стихией воды и с её повелителем, царем подводного царства – ящером.

В этой связи крайне немаловажным представляется, что вплоть до XX в. рыбаки, проплывающие мимо небольшого всхолмления между Ильменем и Волховом, бросали в воду деньги, как бы воскрешая древние жертвы «поддонному царю». Отсюда, кстати, становится вполне понятным источник современного обычая бросать монеты в водоемы (реки, фонтаны и т. п.)…

Для населения киевского Поднепровья культ ящера, как хозяина «нижнего мира», хорошо засвидетельствован для VI-VII вв. В новгородской земле этот культ был, очевидно, в полном расцвете и много позже, в X-XIII вв. Об этом свидетельствует обилие изображений ящера в новгородском прикладном искусстве.

Наличники со змеем, Ивановская обл, с. Константиново
Наличники со змеем, Ивановская обл, с. Константиново
Наличники со змеем, Углич, Ярославская обл.
Наличники со змеем, Углич, Ярославская обл.

Часто Ящера изображали с одним, но двусторонним туловищем и двумя мордами в противоположных концах тела. Его изображения чаще всего встречаются в новгородском декоративно-прикладном искусстве – на ручках деревянных ковшей, представляющих собой тщательно обработанное скульптурное изображение ящера. Главная масса ковшей с мордами ящеров относится к языческому времени. У ящеров крупная морда с огромной пастью и четко выделенными зубами. На шее ящеров в той или иной форме обозначена идеограмма воды: это или круговая зигзаговая линия, или каплеобразные ряды, или сложная орнаментальная плетенка. Изображение ящера на ковшах отнюдь не случайно, так как ковш – «черпало» был неотъемлемой частью обрядового пира, многократно упоминаемой в поучениях против язычества.

Морды Ящера также украшали кровли домов, что еще раз связывает это существо с темой воды, в данном случае дождевой.

Семантика домовой резьбы направлена, с одной стороны, на оберегание, с другой – на привлечение благополучия. В целом домовая резьба воспроизводит традиционную картину мира – от небесных сфер и дневного солнца до мира подземного и ночного солнца. Выделяют стилизованные великой образы богини, рожаниц и ящеров-драконов.

Есть обширный регион, где в домовой резьбе вы увидите драконов. Под крышей, на наличниках, на стенах дома. С лапками, хвостами и иногда – крыльями. Это Верхнее Поволжье, территория проживания легендарного народа меря (меряне)[6].

Меряне поклонялись Змее. Причем, очень серьезно поклонялись. Они считали, что нельзя убивать змею, заползшую в  деревню! Иначе кто-нибудь умрёт из деревенских.

Ящер – древний, устойчивый и вместе с тем еще неразгаданный полностью владыка подземно-подводного (нижнего) мира. В русском и белорусском фольклоре ящер дожил до XIX в.

Стоит заметить, что ящеры из народных преданий имеют под собой вполне реальную почву в виде официальных свидетельств.

«Вот еще одна запись того времени. Она сделана агентом Английской торговой компании Джеромом Горсеем. В 1589 году он в очередной раз ехал в Россию и в Польше стал свидетелем невероятного: «Я выехал из Варшавы вечером, переехал через реку, где на берегу лежал ядовитый мертвый крокодил, которому мои люди разорвали брюхо копьями. При этом распространилось такое зловоние, что я был им отравлен и пролежал больной в ближайшей деревне, где встретил такое сочувствие и христианскую помощь, что чудесно поправился»[7].

Если открыть 30-й том Полного собрания русских летописей, там под 1582 г. можно найти удивительную запись: «В лето изыдоша крокодилы лютии звери из реки и путь затвориша, людей много поядаша, и ужасошася людие и молиша Бога по всей земле; и паки спряташася, а иных избиша. Того же году представися царевич Иван Иванович, в Слободе, декабря в 14 день...»

Нечто, напоминающее крокодилов, встречается в воспоминаниях ватиканского посла в России австрийца Сигизмунда Герберштейна, бывшего на Руси в 1517 и в 1526 годах. Вот его слова: «Эта область изобилует рощами и лесами, в которых можно наблюдать страшные явления. Там и поныне очень много идолопоклонников, которые кормят у себя дома как бы пенатов, каких-то змей с четырьмя короткими лапами наподобие ящериц с чёрным и жирным телом, имеющих не более трёх пядей в длину и называемых гивоитами (Givuoites). В положенные дни люди очищают свой дом и с каким-то страхом со всем семейством благоговейно поклоняются им, выползающим к поставленной пище. Несчастья приписывают тому, что божество-змея было плохо накормлено.»

Три пяди – это примерно 60–70 сантиметров. «Пенаты», упоминаемые Герберштейном, это божества, покровители домашнего очага древних римлян, это всякому образованному человеку, воспитанному на греко-римской мифологии, было тогда понятно.

Что мы имеем, прочитав эти отчёты двух иностранных агентов о путешествии на Русь? В XVI веке на западе страны обитали непонятные существа, похожие на современных крокодилов или огромных ящериц-варанов.

Неведомый крокодил, получивший на этот раз имя «Арзамасский монструз», вновь объявился в России в начале XVIII в. Свидетельства об этом странном событии было обнаружено в архиве города Арзамаса: «Лета 1719 июня 4 дня. Была в уезде буря великая, и смерч и град, и многие скоты и всякая живность погибли... И упал с неба змий, Божьим гневом опаленный, и смердел отвратно. И, помня Указ Божьей милостью Государя нашего Всероссийского Петра Алексеевича от лета 1718 о Куншткаморе и сбору для ея диковин разных, монструзов и уродов всяких, каменьев небесных и разных чудес, змия сего бросили в бочку с крепким двойным вином...» Подписана бумага земским комиссаром Василием Штыковым. Посылка, очевидно, не дошла до Петербургского музея. Природа «монструза» осталась неразгаданной.

Следами обитания «русских крокодилов» могут считаться топонимы Северо-Запада России: река Ящера, озеро Ящино, населенные пункты Ящера, Малая Ящера. В окрестностях Москвы можно указать на Спас-Крокодильный монастырь близ Клина (ныне село Спас-Крокодилино).

В данном контексте представляют интерес и весьма протяженные непроходимые болота на границе Псковской и Новгородской областей. Их площадь составляет более 200 тысяч гектаров. Что творится в сердце болотной страны – неизвестно, до сих пор этот район Европейской России остается малоисследованным.

В глубине болот, на берегу озера возвышаются руины древнего Рдейского монастыря. Остается только предполагать, для чего основатели монастыря выбрали столь гиблое и малопригодное для жизни место.

Следует обратить самое пристальное внимание на тот факт, что именно у истоков Волхова, некогда славяне соприкасались с так называемыми чудскими племенами.

Подробно этот вопрос исследовал Б. Макридичев в статье «Чудский ящер – реликт мезозоя?». В частности, он пишет: «В Приуралье, главным образом по берегам Камы и ее притоков, издавна находили отлитые из бронзы диковинные бляшки с хорошо различимыми фигурками людей с лосиными и птичьими головами, птиц с человечьими ликами на груди, каких-то фантастических животных... Авторами этих изображений были литейщики легендарного племени чудь, населявшего когда-то север. Весь мир в их представлении делился на три яруса: верхний – небесный, средний – земной и нижний – подземный или подводный. Главным «хозяином» последнего является существо, «могущее жить и двигаться одинаково удобно как в воде, так и на суше». «Ящер» – так метко окрестил его 100 лет назад Ф. Теплоухов – непременный участник композиций «шаманской» бронзы. В книге А. Спицына «Шаманские изображения» приведено свыше сотни рисунков «чудских образков» с изображением ящеров. И везде они в движении, у всех открыта пасть, они «дышат», они «живут», глаза у всех открытые, зрячие!» 

Изображение найдено в деревне Пешково Пермской области, на левом берегу реки Кондас, притока Камы. VI – IX вв. н. э. Семь абсолютно одинаковых лосей-людей с двупалыми руками и с копытцами на ногах идут справа налево по длинному рогатому ящеру. Сюжет образка связан с культом близнецов. Семёрка братьев-близнецов число сакральное.

 Интересную характеристику ящеров приводит Д. Анучин: «...среди приуральской чуди было широко распространено представление о каком-то мифическом звере с некоторыми признаками гада с удлиненной головой, вооруженной рогом и напоминающей отчасти крокодилью или носорожью, с вытянутым туловищем, покрытым чешуями вдоль спины и оканчивающимся более или менее коротким хвостом. Зверь этот... изображался в виде отдельных фигурок или в подножии антропоморфных и зверовидных фигур «образков», как бы заменяя собою землю; по-видимому, он и представлялся живущим на земле...» .

Племенам чуди обязан своим возникновением «пермский звериный стиль», об особенностях которого говорилось выше» .

Ажурная бляха Удмуртия, деревня Ныргында. VI-VIII вв. Бронза, литьё, 10х18,2см Эрмитаж.
Ажурная бляха Удмуртия, деревня Ныргында. VI-VIII вв. Бронза, литьё, 10х18,2см Эрмитаж.

Бляха представляет сложную многофигурную композицию, в центре которой помещено сидящее на спине длинного, извивающегося ящера крылатое антропоморфное существо – человеко-лось в окружении лосиных голов и птиц. Ящер имеет короткий хвост и короткие трёхпалые лапы, в его чреве семь рыб. Над антропоморфным существом – кричащие птицы. Композиция обрамлена фризом из голов лосей.

Ныргындинская бляха как бы иллюстрирует сохранившуюся в удмуртском фольклоре легенду об устройстве вселенной, состоящей из трёх миров: неба, земли, подземного (подводного) мира. Кричащие птицы олицетворяют верхний мир – небо; антропоморфное существо и лоси, символизирующие тотемическое единство человека и зверя, – землю; ящер с рыбами в чреве – подземный мир и водную стихию.

«Как правило, ящер служит подножием человекообразных фигур (сульде), с которыми представляет подчас сложную композицию. На великолепной поделке, найденной на Каме близ деревни Ныргында, изображен «огромный, весьма типичный ящер, длинный, изогнутый, с коротким пушистым хвостом и короткими лапами; на сильно вывернутой нижней челюсти и на шее волоса, верхняя челюсть иззубрена». На ящере сидит человек с раскинутыми руками-крыльями, голова и руки его переходят в лосиные головы, а те, в свою очередь, в птиц... Это удивительное произведение безвестного древнего ваятеля относится ко времени рассвета пермского звериного стиля (VIII-IX вв.).

Бляха -семеро лосей идущих по спине ящера 
VI-VIII вв.  Бронза 5,2х9, 3см. Эрмитаж
Бляха -семеро лосей идущих по спине ящера VI-VIII вв. Бронза 5,2х9, 3см. Эрмитаж
Место находки: Пермский край, Верхнее Прикамье Материал: Бронза Датировка: VII — IX вв. Местонахождение: Кабинет археологии ПГУ (коллекция Зеликмана) Композиция состоит из двухголового ящера и человеко-лосей, сидящих на нем. (Верхнее Прикамье Пермской обл.). Бронза, литье. ПГУ – коллекция М. Н. Зеликмана 
Размеры: 67 мм х 97 мм VII – VIII вв.
Место находки: Пермский край, Верхнее Прикамье Материал: Бронза Датировка: VII — IX вв. Местонахождение: Кабинет археологии ПГУ (коллекция Зеликмана) Композиция состоит из двухголового ящера и человеко-лосей, сидящих на нем. (Верхнее Прикамье Пермской обл.). Бронза, литье. ПГУ – коллекция М. Н. Зеликмана Размеры: 67 мм х 97 мм VII – VIII вв.

В ряде случаев загадочной рептилии отводится главное место в композиции. Вот два изображения, найденные в дер. Подбобыке Ныробского р-на Пермской обл., на левом берегу реки Колвы. Одно из них красочно описал Ф. Теплоухов: «Животное это представляет собой нечто среднее между зверем и рыбой, в общем же напоминает собою отчасти большую ящерицу или крокодила. Тело этого чудовища, как и форма его головы, делает его похожим на рыбу, но глаза и ноздри похожи скорее на звериные. Кроме того, нижняя челюсть длиннее верхней и ей придана форма загнутого вверх рога. Другой такой рог помещен на затылке. Ноги короткие, в виде человеческих рук, а хвост подобен рыбьему, поставлен вертикально».

...Перед нами изображение удивительных существ, во многом схожих между собой: массивное приземистое тело на коротких лапах, хвост, роговидный выступ на морде, вдоль спины чешуйчатые наросты – признак пресмыкающихся. Ящеры присутствуют не только в сложных религиозных композициях пермской металлопластики, где их образ заметно упрощен и стилизован. Имеются отдельные изображения, очевидно, родовые тотемы, где таинственное животное «выписано» гораздо более детально...

Изображения ящеров встречаются даже на русских прялках. Так, на прялках с широкой ломпаской для привязывания кудели нередки изображения солнца, к которому снизу тянется ящер. Поражает, как тщательно и рельефно вырезано чудовище; тело его извивается, как у змеи.

Ящер не был придуман, в этом не было необходимости, как не нужно было придумывать другие образы: лосей, медведей, птиц и т.п. Это были живые представители фауны, некогда окружавшей человека» .

Доцент исторических наук Г. И. Королев в статье «Змий или Дракон?» пишет следующее: «Слово «дракон» в русском языке зафиксировано, как заимствованное из греческого языка, лишь с XVI в., а именно, начиная с текстов, переведенных Максимом Греком.» В Острожской библии употреблялось слово «змий». 

В процессе христианизации славян старые культовые места и ритуалы были уничтожены.  Но отголоски поклонения  славянских и финно-угорских народов  Ящеру дошли до наших времен. И судя по имеющимся данным, Ящер воплощался в образе крокодила или  похожей рептилии.

Крокодил в Брно, старинная гравюра
Крокодил в Брно, старинная гравюра
Дракон-крокодил в старой городской ратуше. Брно
Дракон-крокодил в старой городской ратуше. Брно
Дракон-крокодил в старой городской ратуше. Ковка. Брно
Дракон-крокодил в старой городской ратуше. Ковка. Брно

P.S. Город Брно второй по величине город Чехии. В нем, так же как и в Праге, сохранилось большое количество исторических и архитектурных памятников. Но самым интересным и запоминающимся является брненский дракон. На одной из стен городской ратуши в 15 веке появилось чучело дракона.

В начале 15 века был в Брно один приезжий, зажиточный, иностранный гость, которому настолько понравился город, что тот решил сделать подарок для городских чиновников. Так в чешском городке появился дракон-крокодил. Для горожан того времени это было диковинное чудо.  Теперь этот дракон-крокодил активно эксплуатируется для привлечения туристов.

Образец сувенирной продукции 
города Брно, Чехия
Образец сувенирной продукции города Брно, Чехия


[1] Бычков А. А., Энциклопедия языческих богов // Мифы древних славян. М., 2001

[2] Игры народов СССР/Сост. В. Н. Всеволодский-Гернгросе. М.; Л, 1933, с. 229 — 232

[3]Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу. т. II, с. 245.

[4] Академик, [Электрон. ресурс]. Режим доступа: http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/372802 –15.01.2015

[5] Википедия, [Электрон. ресурс]. Режим доступа:http://ru.wikipedia.org/wiki/Фигурки_из_Велестино – 20.01.2015

[6] Мерянский дракон над Россией, [Электрон. ресурс]. Режим доступа: http://merjamaa.ru/news/merjanskij_drakon_nad_rossiej/2011-03-30-211 – 20.01.2015

[7]  Аномалия. Газета о  непознанном, [Электрон. ресурс]. Режим доступа: http://www.pressa.spb.ru/newspapers/anomal/ –16.03.2004