Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Источник «Золотистой пыли», пью ежедневно из него я.
Мне жить лет тысячу, не меньше, вспоенному водой живою.
Меня дракон и синий феникс несут, друг другу помогая,
К нефритовому государю, в простор безоблачного края.»
Ван Вэй

Ника Ракитина «Дракон в Яринке»

         

Яринка была самой обыкновенной: деревянной, каменной, зеленеющей и цветущей, с вылинявшим от жары небом и воробьями на телеантеннах. И никто во всем городе не знал, что Катя идет совершать подвиг. Этот никто и помыслить не мог, что есть люди, которые рождаются с таким предназначением и никуда не в силах от него деться. Разве уехать?.. Бросить пыльные тополя, мелкую речку Яру, вишни с недоспелыми, оранжевыми ягодами, и крепостные стены, с которых "прынцэсы от любви сигают". Родители убегали только в отпуск, как сейчас. А Катя всегда оставалась. С детства ее считали человеком серьезным и самостоятельным и вполне доверяли заботам тетки Ксени. А с теткой всегда можно было договориться. Впрочем, на этой неделе Ксеня уехала в область и потому не знала, что под Яринкой объявился дракон.

Драконы заводились под городом периодически, последний — лет пятьсот тому. О самых ранних сохранились только смутные обрывки в устных преданиях, этому же посвящалась вполне солидная запись в летописи, хранящейся в Яринковском историческом музее. Сообщались размеры ящера, перечислялись его пакостные дела и достоверно устанавливался факт, что дракона может истребить только молодая симпатичная девушка... что и произошло. Ну, и прочие граничные условия. Этот кусок летописи знали все: от детсадовцев и первоклашек до седобородых ветеранов яринкского фольклорного оркестра. Знали также, что на дракона девушка выходила в одиночку: на компанию хотя бы из двоих зловредный монстр не отзывался.

И вот на тебе. Правда, никого из человеков дракон в этот раз сожрать не успел, но опрокинул экскаватор на карьере и до смерти напугал водителя. И всех местных кумушек в придачу. По городу поползли слухи, что бессовестное чудище ничтоже сумняшеся схарчило милицейского пса Бублика, передушило всех кур на Полевой и в Овражке, а теперь покушается на директора местной швейной фабрики Шкреда В.Ф. Слухи слухами, но детей из домов не выпускали.

Жители доставали милицию, требуя принять меры, на что оперуполномоченный вежливо, но твердо отвечал, что с нечистой силой, вурдалаками там или драконами, милиция не воюет. Несколько добровольцев, состоящих в яринкском союзе охотников (сокр. ДООЯР), вооруженные винчестерами и соответственно выписанной лицензией и возглавляемые своим бессменным председателем, уже упомянутым В.Ф., на свой страх и риск вышли в лес. Злодей не явился! Он тоже чтил Граничные Условия.

И следуя им же, спешила сейчас по улице Клубничной к дому парикмахерши Мальвины Ивановны шестнадцатилетняя загорелая и симпатичная — как на вкус дракона — девушка в далеком от моды цветастом платьице и с разбитой коленкой. Коленка в условия, впрочем, не входила: это Катька сверзилась с вишни. Ягод даже героям хочется...

Она сморщила нос и рукой толкнула калитку. Бульдог Изумруд, разомлевший от жары, даже не взлаял при ее появлении. Катюша миновала рыжие привядшие лилии и без стука вошла в дом. Не говоря ни слова опешившей от такого нахальства хозяйке, прошла в чулан и распахнула стоящий в углу сундук. Сын Мальванны Володька, спортсмен и объект любовных симпатий лучшей половины города, просунул голову следом:

— Катька! — воззвал он к однокласснице. — Перегрелась? Зачем ей эта рухлядь, мутхер?

Дородная парикмахерша заглянула из-под сыновней мышки и схватилась за щеки.

— Старье, ляльки...

Мать решительно и неожиданно сильно оттолкнула его от двери.

— Там м-меч... на дракона. Не подходи, нельзя!

Володька замер: сказки в Яринке приучены уважать были все.

Меч в потрепанных кожаных ножнах перевалился через край сундука и с грохотом рухнул на ногу. Катя взвыла и подпрыгнула. И опять унырнула в недра. Рядом с мечом свалился узкий и длинный кинжал, следом за ним — белый, на узком ремешке, наглухо закрученный термос и много-много старых меховых зверушек: медвежата, котики, зайцы... Катя затолкала в кармашек платья пушистого медвежонка и, присев на край сундука, стала воевать с термосом. "Вода живая. Одним духом не менее половины..." Она, запрокинув голову, глотала мерзкую горькую жижу — даже слезы на глаза выступили. Потом завинтила термос и отставила.

Казалось, ничто не изменилось на первый взгляд. Только меч показался подозрительно легким, когда она прилаживала его на боку, и, путаясь в ремешках и пряжках, устраивала через плечо потертую перевязь. После прицепила кинжал, закинула через плечо ремешок термоса и, решив, что этого довольно, вежливо распрощалась с Мальвиной Ивановной.

Между тем на углу поджидал почетный эскорт (Володька раззвонил, точно!): одноклассники Серега, Лешка и еще один Володька с длинной и странноватой фамилией Житомирский. Володька Мальванны держался позади. Первые пять минут молодые люди насмехались над Катюшиным вооружением и торчащими из кармана медвежьими лапами, после чего Катя вежливо, но непреклонно вручила им "подержать" меч. Володька, взвыв от тяжести, уронил его на звякнувший асфальт, и шуточки прекратились.

На окраине, где в облупленном здании мирно уживались железнодорожный и автовокзал («Яринка-пассажирская»), подлетел от карьеров и вывернул к ним зеленый "рафик". Из "рафика" выскочила, радостно улыбаясь, технологиня "Ярэмальпосуды" Ксана, последняя любовь Володьки — в брюках, сапогах и яркой кофточке.

— Расчудесно! — грянула она, хлопая по плечам честную компанию — Успела! Погоди, не сбежит твой дракон. Подлетим в Минойты, а потом тебя подкинем. Чтобы Богатырский конь не устал. А пока — от заранее благодарной общественности... Витя, давай!

Вылез Ксанин шофер, неся в обеих руках пакеты с трехлитровыми банками: в левой — сок яблочный, в правой — березовый. Катя взяла и вежливо сказала "Спасибо".

— Да чего там! — прокричала Ксана. — Знаю: как дракона свалишь — точно пить захочется.

И скрылась вместе с "рафиком" и Витей в хвосте пыли. А остальные двинулись следом.

Ксана не возвращалась. Катя и жалела уже, что взяла эти банки: живая вода на них не действовала, а принимать помощь ей сейчас нельзя было ни от кого.

Яринка осталась позади. Шоссе стелилось прямое и пыльное среди молодых сосенок. Катюша остановилась, чтобы попрощаться. И тут Сережка наклонился и прикоснулся губами к ее руке. А из пустоты горячего марева донесся далекий, но отчетливый топот копыт.

***

Коня пришлось оставить наверху.

Струйки песка все еще катились по склону оврага, из-под мохнатых сосновых корней. А внизу ожидала душная влажная темнота. Песчаными ребрами, корнями окружала; пугала, сбивала дыхание. Высоко-высоко виднелся между сосновых крон кусочек синего неба, и острый краешек солнца на нем. И там же, высоко вверху, выпав из кармана и перестав быть игрушкой, сидел на поваленном стволе и сосал лапу крупный бурый медведь.

А потом появился дракон.

Он тянул вдоль оврага звякающее чешуйками тело, и глаза его, как автомобильные фары, горели в темноте. Остановившись на терминаторе, он запустил когти в землю и ноздрями всосал влажный воздух. Перед ним стояла добыча. Глупая и сладкая. Но старый, опытный, дракон не спешил напасть. Потому что от девчонки пахло еще и железом. Древний инстинкт говорил дракону, что это меч, и что бросаться на человека с мечом — опасно. А тут еще солнце. Нахальный луч, который нельзя ни убить, ни съесть.

Но добыча сама шагнула вперед. Тень перечеркнула ее, и дракон прыгнул навстречу.

Меч ударил в нагрудную пластину, отскочил, выворачивая девчонке руку. Она ахнула и выронила оружие. Дракон не умел смеяться, но желтые плошки глаз блеснули так, словно он захохотал.

Он не спешил. Ему хотелось насладиться страхом жертвы, поиграть с ней по- кошачьи, то выпуская, то ловя снова, услышать мольбы о пощаде. Только жертва оказалась неправильная. Она подхватила меч левой рукой и, чувствительно ткнув им дракона, отпрыгнула на солнце. Дракон заколебался. И тут, не успев притормозить на обрыве, почти ему на голову рухнуло, кувыркнувшись в воздухе, железное и вонючее, и загорелось, пыхнув едким дымом. Это не то что в Граничные Условия, вообще ни в какие ворота не входило. Подобрав хвост, дракон плюнул такой же огненной струей и закашлялся, пробуя лапой зацепить двоих, выпавших из нового врага. А про девчонку забывать не следовало! Видно, эти двое были ей чем-то дороги, потому что, не обращая внимания на огонь, она изо всей силы вбила меч между пластинами хвоста, как бабочку, пришпилив чудовище к земле. И немедленно сверху свалились на дракона устрашающих размеров медведь и несколько кентавров на похожих на обручи ногах, еще в полете разваливаясь на половинки. Круглые ноги путано вращались, а торсы отступали и нервно хихикали. Это оказалось чересчур даже для дракона. Фыркнув похлеще кота, у которого отобрали куриную косточку, зверь раскрыл от земли до неба пасть и... Катя что есть силы швырнула в нее первое, что подвернулось под руку — термос с живой водой.

Через неделю Катя стояла на пороге Яринковской районной больницы. Выпустили наконец. Что рука на перевязи, пустяки. Гипс снимут, и тогда памятью останется только ожог на щеке — от драконьего пламени.

— Эге-гей! — крикнул с противоположной стороны улицы Володька, махая букетом роз, второй рукой придерживая на плече отдающего в зелень котенка, а коленом подпирая немного побитый велосипед. Котенок фыркал, выпуская тонкие струйки дыма. — Победительнице привет! А почему ты так рано? Общественность только через полчаса соберется. Корреспонденты...

Катя испуганно ахнула, схватилась за щеки, вдруг улыбнулась и легко, как пушинка, взлетела над улицей.