Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Я был драконом ещё до того, как это стало мейнстримом!»
Смауг Великолепный

Цмок

ЦМОК и смок муж., зап. змей; летучий змей, огненный; сказочный. Домовой и лесной цмок, почти то же, что у нас домовой и леший.

Толковый словарь Даля. В.И. Даль. 1863-1866.

Цмок
Цмок

У Палесьсі на балоце
Цмок хаваецца ў чароце.
Зьеў бярозку на сьняданак,
Струшчыў дуб, як абаранак.
Праляцеў над вёскай цмок —
Пахаваліся, хто змог!
Толькі Яська не спужаўся
Ды на цмоку пакатаўся!

Капітан Танака (*)

Цмок — дракон в белорусской и польской мифологии. В отличии от западного европейского дракона, цмок не враждебен человеку.

Сохранившееся на Беларуси слово "Цмок" в противовес "Змею", делающему акцент на "земляной" природе дракона, указывает на водную стихию. В некоторых белорусских далектах словом "цмок" называют вяселку-радугу, которая как бы "выцмактывае" воду из реки или озера. "Цмактаць" означает "высасывать, осушать, лишать воды, влаги". Хотя есть версия заимствования этого слова из германских языков (ср. англосаксонское "snаса", английское "snake" — "змея"), мы придерживаемся славянской версии происхождения этого слова. Тем более, что оно известно и болгарам (Смок, Цмок), и словенцам (Smůk), и полякам (Smok), и чехам со словаками (Zmok), ну и в церковно-славянском языке это слово присутствует (Смокъ).

"Цмок жыве і дзейнічае сам па сабе, яго не любяць іншыя нячысцікі з-за яго фанабэрыстасці. Дзякуючы прыроднай ляноце і нерухавасці таўсты цмок не заўсёды адгукаецца на заклік чалавека ці іншага нячысціка з просьбаю дапамагчы. Аднак калі ён падступіўся да ахвяры — абавязкова дамучыць яе, папярэдне ўзважыўшы, ці варта яна ўвагі і парушанага спакою; калі не вартая — цмок пагардліва адварочваецца, пакідаючы яе іншым нячысцікам.

Знешне цмок акуратнейшы за астатніх нячысцікаў, любіць купацца, ходзіць у лазню і штодня мыецца. Прадбачлівасць і асцярожнасць дазваляе цмоку жыць даўжэй за ўсіх нячысцікаў. Цмокі рэдка чапляюцца да простых вясковых людзей. На людзей сямейных цмокі не нападаюць."

Никифоровский, Н.Я. "Нечистики. Свод простонародных в Витебской
Белоруссии сказаний о нечистой силе" — Вильна, 1907, с.40-41. (449: с.651-652)

"Змей, або смок, вялізны, як будынак, бывае ў яго тры, або шэсць, або дзевяць, або і дванаццаць галоў, тыя галовы, як цабры, вялізныя, зубы, як нарогі, пазуры, як сярпы, а крылы, як палаты, вострыя: як дасць імі па чом, так і перасячэ. Гэта найстрашнейшы звер на свеце; дзе ён жыве, ці ў лесе, ці на воблаках, то няведама, бо ён і па паветры лятае."

Federowski, M. Lud białoruski na Rusi Litewskiej — Kraków, 1897, s.126 (449: с.652)

"Také dějí tomuto draku zmok, zmak, zmek, stsl. smok (místo vz-mok), kteréžto jméno, od moku pocházejíc, dle přísloví „Zmek močidla nezůstane, ani žába", tím se vysvětluje, že slunovrat s sebou přináší tání sněhu a ledu; a poněvadž tato vláha spolu příčinou jest úrody zemské, proto také smok, v pověrách národních oblékaje se v podobu zmoklého kuřete, týmž způsobem hospodářovo jmění množi, jako drak ohnivý, o kterém prvé řečeno; ano skutečně v pověrách jedno v druhé se proměňuje: z draka stává se kuře a z tohoto zase drak, a stsl. smok přímo slovem řec. δράκων se vykládá."

Karel Jaromír Erben "O dvojici a o trojici v bájesloví slovanském" (425: s.286-287)

Smok had; "змиа великыа, ιаже наричють сѧ смокове" (Mikl. [863-864]). 2.

Abecední slovník slovanského bájesloví (Z rukopisné pozůstalosti K.J.Erbena) (425: s.404)

Наиболее развесистое описание находим у широко известного в узких кругах фольклориста-мистификатора П.Древлянского:

"Цмок — дух в виде змеи. Три рода Цмоков насчитывают Белорусцы. Именно: 1) Цмок — общий (Цмок), 2) домовой (домовик) и 3) лесной (лесовик). Об общем Цмоке Белорусцы мало знают: кажется, это, по их понятию, просто дьявол. Общий Цмок имеет в своей власти и распоряжении всех других Цмоков: все прочие Цмоки должны давать отчет Цмоку общему. У каждого семьянина, говорят Белорусцы, есть домовой-Цмок (но, как видно, это уже не дьявол). Он поселяется в доме избранного им семьянина и, пока с ним в хороших отношениях, не отходит от него к другому семьянину. Домовой-Цмок носит своему семьянину деньги, делает нивы его плодоносными, а коров дойными (то есть дающими много молока); вообще он смотрит за всем его хозяйством. Разумеется, все это делается тайно, незаметно от семьянина; впрочем, каждый семьянин знает своего Цмока-домовика, но не более как своего, так что один семьянин не знает Цмока-домовика другого семьянина, даже рядом с ним живущего. За такие услуги Цмока-домовика семьянин, со своей стороны, должен всякий день приготовлять для него яичницу и ставить ее всегда в сковороде на кровле дома. Говорят, что когда один семьянин не приготовил для своего Цмока-домовика яичницы, то Цмок-домовик в ту же ночь сжег весь его дом и перешел к другому семьянину. Но этот обычай не повсеместен в Белоруссии; более господствует следующий. Каждый семьянин, со своей стороны, обязан в известные дни года приготовлять яичницу для своего Цмока-домовика и, прикрыв ее частым решетом, ставить на гумницы (место при гумне). Лесовой Цмок (лесовик), говорят Белорусцы, — непримиримый враг домовика и потому-то он все делает назло ему. Он морит у хозяев скот, делает нивы их неурожайными, ночью высасывает молоко у коров и похищает дочерей. Этот-то Цмок-лесовик нередко поедает яичницы, приготовленные для Цмоков-домовиков. Забавный случай в этом отношении рассказывают Белорусцы, будто бы однажды Цмок-лесовик прежде времени успел окончить поручения Цмока общего и прилетел к одному семьянину съесть яичницу, приготовленную для Цмока-домовика. В это время прилетел и Цмок-домовик. Произошла драка, и на шум, произведенный ими, стеклись поселяне со всей деревни. Но Цмоки, говорят, постыдились и улетели. После этой драки на гумницы осталось много крови и несколько клочков мяса... Вообще о Цмоках в Белоруссии сохранилось много преданий и все они одно другого забавнее и замысловатее. Не знаем, можно ли Цмока Белорусского назвать тем самым Змоком, которого Г.Касторский приписывает Польше (см. его «Начертание Славянской Мифологии», с.57). Нет сомнения, что этот Змок в Польше то же, что Цмок в Белоруссии, и что даже гораздо вернее будет, если и Польского духа назвать Цмоком, а не 3моком. Это можно доказать производством слов Змок, Цмок и самым делом (фактом). Если этого духа назвать Змоком, то нельзя будет найти корня этого слова ни в Польском языке, ни в Белорусском наречии. Разве в Русском? Но если производить корень этого слова из Русского языка, то свойства, приписываемые Цмоку в Белоруссии и Змоку в Польше, ничуть не оправдают этого словопроизводства. Так, если производить "змок" от мокнуть (а иначе нельзя на Русском языке), то этим ничуть не определишь значения слова Змок. Но с какой стати искать корня этого слова в Русском языке? Равно и опыт не доказывает мнения Г.Касторского. В Польше много рассказывают очень страшного про Цмока, и все эти рассказы похожи на рассказы Белорусцев. Различие в том, что в Польше знают одного Цмока (общего), который, по мнению Белорусцев, есть дьявол, а в Белоруссии насчитывают три рода Цмоков. Напротив, если мы назовем этого духа Цмоком, то это слово очень легко и верно можно произвести от его корня, как Белорусского, так и Польского, и значение его не будет противоречить самым действиям, приписываемым Цмоку. Так слово Цмок происходит от глагола цмокаць (cmokac), который и на Белорусском наречии и на Польском языке значит — свистать, щелкать зубами, шипеть по-змеиному. Корень верен, и такой предикат очень идет к змее. Итак, Цмок Белорусский и Змок Польский есть один и тот же нечистый дух в образе змеи."

Древлянский, П. "Белорусские поверья" // Журнал Министерства народного
просвещения на 1846 год (прибавления, кн.1,2,4. с.262-267) (310: с.266-267)

Основываясь на тексте Древлянского, упоминает белорусских цмоков и А.Н.Афанасьев в своих "Поэтических воззрениях славян на природу", при этом он уже явно говорит, что "лесной цмок" — это леший, а "домовой цмок" — домовик.

Также интересное упоминание Цмоков присутствует в книге Владимира Короткевича:

"Не толькі людзям, а і звярам, і гадам, і пачварам падводным даводзілася ў той год цяжка. Якраз тады выдахлі ў Сенненскіх азёрах цмокі, пра якіх пісаў яшчэ прападобны Амбражэй Куцеянскі; якіх цмокаў ён калісьці закляў і загнаў у возера, каб не палохалі людзей. Вальнадумцы і ерэтыкі казалі, што ўсё гэта байкі, бо ніхто тых цмокаў, акрамя п´янюг начных, не бачыў. Што ж, і п´янюгам трэба верыць. Які гэта цвярозы богабаязны чалавек палезе ўначы на лясное возера з дрэннаю славай?!

І яшчэ казалі вальнадумцы, што каб цмокі былі — яны б народ хапалі, лапалі. І гэта ерась! Па-першае, прападобны Амбражэй тых цмокаў закляў, а па-другое, забылі яны, што ніколі ў тыя часы не аддавала Лепельскае возера трупаў. А ў той год і вальнадумцы ахнулі. Праўду казаў прападобны. За адну ноч на водмелях тых яшчураў, тых цмокаў знайшлі сорак, ды палова таго хісталася на фалях, як плаваючыя выспы. Ды другой раніцай знайшлі яшчэ трохі менш паловы таго, што выдахла ў першую ноч.

А яшчэ праз ноч усплыў самы вялікі. Адзін."

Уладзімір Караткевіч "Хрыстос прызямліўся ў Гародні" (461: с.4)

"Выглядам той цмок быў, як звер фока*, такі самы льсняны, у складках, толькі без поўсці. І шэры, як фока. Але даўжэйшы за яго куды. Бо даўжыні ў ім было сем з паловай лагожаскіх сажняў*, а калі пацікавіцца немец, то восем і адна пятая фадэна,
а калі, можа, ангелец, то сорак дзевяць футаў і яшчэ дваццаць два дзюймы.

Тулава мелі тыя цмокі шырокае і трохі пляскатае, і мелі яны плаўнікі — не такія, як у рыбы, а такія таксама, як у фокі,
таўстамясыя, шырокія, але не дужа доўгія. Шыю мелі, па тулаву, дык тонкую і надта доўгую. А на шыі сядзела галава, адначасова падобная і на галаву змяі і на галаву лані.

І, дальбог, смяялася тая галава. Мо проста зубы скаліла, а мо — з нашых бедаў. І зубы былі велічынёй з конскія, але вострыя, і многа іх было на такую галаву аж данельга. Вочы вялізныя, як сподкі, каламутна-сінія ў зелень, ашклянелыя. І страшна было глядзець у тыя вочы, і мурашкі па спіне, нібы Евінага змія ўбачыў, і непамысна неяк, і нібы ў чымсьці вінаваты."

Уладзімір Караткевіч "Хрыстос прызямліўся ў Гародні" (461: с.5)

Источники
А.Н.Афанасьев "Поэтические воззрения славян на природу" — М.: Современный писатель, 1995 (9)
П.Древлянский "Белорусские народные предания" // Рукописи, которых не было. Подделки в области славянского фольклора — М.: Ладомир, 2002 (310)
V.Bechyňová, M.Černý, P.Kaleta (edd.): K.J.Erben: Slovanské bájesloví. Slovanský ústav AV ČR // Etnologický ústav AV ČR, Praha 2009, 511 s. (425)
Зямная дарога ў вырай: Беларускія народныя прыкметы і павер’і / Укладанне, прадмова, пераклад і паказальнік У.Васілевіча. — Мінск: Беларусь, 2010 (449)
Уладзімір Караткевіч "Хрыстос прызямліўся ў Гародні (Евангелле ад Іуды)" — Мінск, Мастацкая літаратура, 1972 (461)
Federowski, M. Lud białoruski na Rusi Litewskiej — Kraków, 1897 (462)
Онлайн источники
"Наша Ніва". Нумар ад 29 красавiка 2006 (*)
Дополнительная информация
Цмок у беларускай міталёгіі і літаратуры
Wikipedia (pl)

Источник: www.lepel.by