Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
На главную страницу
Dragon's Nest. Добро пожаловать в мир драконов
«Дракон, хотя и будучи священным и достойным почитания,
имеет в сущности своей нечто еще большее от божественного естества,
о котором лучше оставаться в неведении»

Элианий, «De Natura Animalium»
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища  Dragon's Nest / Находки и исследования / Беовульф
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Билл Купер

После потопа. Ранняя история Европы (из гл. X)

«Беовульф» и датские чудовища

Поэма Беовульф сохранилась в одном-единственном рукописном экземпляре, который был создан приблизительно в 1000 г. от Р.Х. Более того: современные критики зачастую утверждают, что этот манускрипт — копия ныне утерянного англосаксонского (т.е. древне-английского) оригинала середины VIII века. Этот оригинал, соответ­ственно, описывается как христианское по сути произведение. Одна­ко постоянно повторяемое предположение о якобы христианском происхождении поэмы не только ведет к неправильному пониманию ее характера и замысла, но и совершенно не учитывает следующие факты.

Во-первых, нигде в поэме нет ни единого намека на какие-либо события, действующие лица или идеи Нового Завета. Потому Беовульф резко контрастирует с другими англосаксонскими поэмами (Сон о распятии и проч.), явно христианскими по духу. Беовульф ссылается на некоторые факты и реалии Ветхого Завета: Бог, Творение, Авель и Каин; но это всего лишь те исторические аллюзии, с которыми мы неизбежно встречаемся в дохристианских англосак­сонских генеалогических списках и летописях, уже рассмотренных нами в Главе 7 данной книги. Подобно этим летописям, поэма Беовульф сообщает интереснейшие исторические сведения о кон­кретных событиях и персонажах, встречающихся также в Книге Бытия. Беовульф явно был создан во времена, когда англосаксам еще не было известно христианство как таковое.

В свете этого неудивительно, что поэма по духу своему совершенно языческая. В ней до небес превозносятся такие вещи, как возмездие, разбой и грабеж, сила и удаль. Кроме того, в Беовульфе содержатся ссылки на откровенно языческие клятвы, жертвоприношения, чувства, погребальные обряды. Но нигде, ни в одной из 3182 строк поэмы не ощущается христианское настроение.

В поэме нет ни единой ссылки на Британские острова, на бриттских (или английских) королей, на какие-либо исторические персонажи или события. Причина проста: данный эпос был создан задолго до того, как саксы пришли на эти острова. Ичтоприкажетедуматьоследующемотрывке?

...fortham Off a waes geofum ond guthum garcene man wide geweorthod wisdome heold ethel sinne thonon Earner woe haelethum to helpe..

Александер (Alexander, см. библиографию) переводит это так:

Итак, Оффа [т.е. король континентальных англов], был отважен с копьем в руке, и в иных странах говорили о его доблести и щедрости; он мудро правил землей, в которой родился. Ему рожден был Эомер, сподвижник героев...

Упомянутый здесь Оффа — предок своего тезки VIII в., Оффы, короля Мерсии (757-796 гг.от Р.Х.), которого мы уже встречали (равно как и этого предка) в древнесаксонских генеалогиях. Там же мы видели имя Эомера (Еотаег), и, строго говоря, он не сын Оффы, а внук. Эти генеалогии наверняка были свежи в памяти автора Беовульфа, что опять-таки подсказывает нам, в какие времена была написана поэма.

Более того: в Беовульфе не имеется посвящения какому-либо англосаксонскому королю христианских времен; автор не сделал попытки подольститься даже к королю Оффе, чьего предка обессмер­тил и под чьим покровительством, как полагают некоторые современ­ные ученые, создавалась поэма. Многие другие ученые настаивают еще на более поздней дате написания; однако персонажи поэмы могут быть исторически датированы концом V-началом VI века, а это задолго до принятия христианства саксами. Иными словами, поэма совершенно определенно относится к языческим временам, которые и описывает.

Подробное рассмотрение исторических персонажей эпоса Бео­вульф и их взаимоотношений приведено в Приложении 9. Здесь лишь кратко скажем, что сам Беовульф, персонаж, в честь которого создана поэма, не был мифической фигурой. Его место в истории четко очерчено. Он был сыном Экгтеова и родился в 495 г. от Р.Х. В 502 г. от Р.Х., в возрасте семи лет, он был приведен ко двору Хретеля, своего дедушки по материнской линии (445 - 503 гг. до Р.Х.), бывшего тогда королем Гетингаса — народа, населявшего территорию нынешней южной Швеции (прародитель этого народа, Гет, давший ему название, также упоминается в древних генеалогических списках — см. Главу 7). После бесперспективной и скучной юности, годы которой прошли в гетско-шведских войнах, где выделя­лась битва при Равенсвуде [ Hrefnawudu ], в 501 г. от Р.Х., Беовульф предпринял свое знаменитое путешествие в Данию, где встретился с датским королем Хротгаром. Это произошло в 515 г. от Р.Х., когда Беовульфу шел двадцатый год. (Именно в этом году он поразил чудовище по прозванию Грендель; об этом мы поговорим позже). Шесть лет спустя, в 521 г. от Р.Х., был убит дядя Беовульфа, король Хигелак.

Известно, что годы жизни Хигелака — 475 - 521 от Р.Х.; он взошел на престол Гетингаса в 503 г. от Р.Х., т.е. в год смерти своего отца Хретеля. Он независимо упомянут в Истории франков ( Historiae Francorum ) Григория Турского, где имя его переводится как Хлохилаик.

В этой работе, равно как и в других латино-франкских источни­ках, он описывается не как потомок Гета, но как датский король ( Chlogilaicus Danorum Rex ); но это та же ошибка, которую совершают наши английские историки, когда включают даже норвеж­ских викингов в родовое название датчане. Однако в Liber Monstrorum он совершенно правильно назван rex Getarum , король гетов. Саксон Грамматик также упоминает его как Хуглета, который уничтожил шведского вождя Хомота. Хомот, в свою очередь, — это тот самый Эанмунд, который упомянут в строке 2612 поэмы Бео­вульф.

После смерти Хигелака Беовульф отклонил предложение сменить своего дядю на троне Гетингаса; он предпочел стать опекуном сына Хигелака, принца Хеардреда, пока тот не достиг совершеннолетия. (Хеардред жил в 511- 533 гг. от Р.Х. Следовательно, когда он стал королем, ему шел десятый год.) Однако в 533 году Хеардред был убит шведами (за то, что предоставил убежище племянникам швед­ского короля — см. Приложение 9). Именно в этом году Беовульф взошел на престол. Он мирно правил своим народом целых пятьдесят лет и умер в 583 г. от Р.Х. в возрасте примерно 88 лет. Но то, как он умер, имеет (как мы увидим чуть позже) самое непосредственное отношение к объекту нашего исследования.

Но сначала мы должны расстаться с одним заблуждением, которое многие годы путало и сбивало с толку все исследования в данной сфере. С тех пор, как поэма была заново открыта в начале XVIII в. (хотя более пристальному вниманию ученых она подверглась в 1815 году, когда впервые была напечатана), исследователи настаи­вали на том, чтобы название описанных там существ переводилось как тролли. Так, чудовище Гренделя называют троллем, а существо женского пола, которое датчане считали его матерью — троллихой.

Слово тролль — скандинавского происхождения. В волшебных сказках Северной Европы тролли изображаются человекоподобными, покрытыми шерстью злобными гномами, которые по ночам воруют человеческих детенышей, подменяя их малышами-троллями. Кроме того, иногда троллей изображают великанами — правда, тоже злыми и косматыми, — которые живут под мостами или в пещерах. И все это было бы хорошо, если бы слово тролль хоть раз встречалось в оригинальном англосаксонском тексте Беовульфа\ В поэме содер­жится огромное множество выражений, которые мы назвали бы зоологическими терминами, и они относятся к самым разным видам живых существ (см. Приложение 10). Но ни один из этих терминов не имеет ничего общего с гномами, великанами, троллями или феями. И, раз уж о том зашла речь, чудовище по прозванию Грендель наводило страх на датчан на протяжении долгих двенадцати лет (503-515 гг. от Р.Х.). Неужели мы способны поверить, что неистовые датские викинги, вселявшие страх в сердца соседних народов, целых двенадцать лет цепенели от ужаса перед косматыми гномами — или даже косматыми великанами? А ведь именно в это хотят заставить нас поверить современные переводчики Беовульфа.

К тому времени, как Беовульф в 515 г. от Р.Х. поразил Гренделя, он был уже закаленным борцом с чудовищами. При дворе Хротгара он прославился тем, что очистил море от хищных чудищ, угрожав­ших открытым судам викингов. По счастью, англосаксонская поэма, воспевшая его подвиги, сохранила для нас не только описания физического строения чудовищ, с которыми сражался Беовульф, но даже названия некоторых видов, известных саксам и датчанам.

Однако чтобы правильно понять все эти имена, необходимо представлять себе природу англосаксонского языка. У англосаксов была очень простая система словообразования (как у современных немцев и датчан); имена - названия предметов в этом языке порою звучат для нас, современных англичан, весьма забавно. Так, тело называлось попросту "дом костей" ( banhus ), а сустав — "замОк костей" ( banloca ). Когда Беовульф отвечает на вопросы датчанина, сказано буквально, что он "разомкнул свой словесный склад" ( wordhord onleoc ). Само имя Беовульф означает медведь, и образовано оно по следующему принципу. Саксонский элемент Вео-означает bee пчела; Беовульф буквально — "пчелиный волк". У медведя — вытянутая морда (как у собаки или волка); и те, кто наблюдал медведя, благоразумно держась от него на почтительном расстоянии, наверняка видели, как он разрушает ульи в поисках меда и поедает пчел. Потому медведя и прозвали пчелиным волком. Вот еще пример подобного Словообразования: солнце на англосаксонском — worudcandel — "свеча мира". Таким образом, англосаксонский язык очень точен, буквален, но в то же время глубоко поэтичен и заключает в себе огромный описательный потенциал.

Из всех встреч Беовульфа с драконами самая знаменитая, конеч­но же, — сражение с Гренделем и победа над ним, и мы рассмотрим, как описано в эпосе это чудовище. Но в логове Гренделя, в большом, заболоченном озере, жили и другие виды рептилий, которых саксы знали под общим названием wyrmcynnes (букв. — "род червей", т.е. род чудовищ и змеев, а слово "змей" в те времена означало нечто большее, чем змею). Беовульф и его люди наткнулись на них, выслеживая самку из рода Гренделя после того, как она убила и сожрала Ашера, министра короля Хротгара — наполовину съеденную голову Ашера нашли на вершине утеса над озером.

Среди этих чудовищ были и существа, известные саксам и датчанам как гигантские saedracan (морские драконы); люди видели со скал, как они стремительно уходили под воду, видимо, чувствуя присутствие человека. Другие существа грелись на солнце, когда люди Беовульфа увидели их, но, услышав звуки рога, бросились к озеру и скрылись в глубинах.

"Другие существа" включали в себя и вид, который саксы знали под названием nicor (мн. ч. niceras ); это слово важно для нашего исследования, поскольку впоследствии оно развилось в слово knucker — именно так в среднеанглийском стали называться морские чудища или драконы. Чудовище из Лиминстера, Суссекс (см. таблицу в конце предыдущей главы) относилось именно к этому виду, как и многие другие существа, о которых сообщают летописи. Озеро, в котором обитал лиминстерский дракон, по нынешний день носит название Накерс-Хоул ( Knucker ' s Hole — "Драконья дыра"). На Оркнейских островах, где жили, что примечательно, викинги, а не шотландцы, тоже были известны чудовища под названием Nuckelavee , равно как и на Шетландских островах. А на острове Мэн обитало существо Nykir .

Однако среди wyrmas (змей) и wildeor (диких зверей), обитав­ших в вышеупомянутом озере, был еще один вид животных — ythgewinnes[9] — судя по названию, существо, которое плавало по поверхности, а не на глубине, как saedracan . Заинтригованный Беовульф выпустил в чудовище стрелу, а после его загарпунили помощники Беовульфа с помощью eoferspreotum копий, с какими охотились на кабанов. Когда ythgewinnes был убит, Бео-фульф и его люди вытащили его из воды и осмотрели. Безусловно, это был в некотором роде Профессиональный интерес — людям было любопытно, как устроены существа, с которыми они сражались. Более того, о гигантских рептилиях, которых они видели у озера, сказано, что те вылезают на поверхность в середине утра и произво­дят ужасные разрушения среди кораблей на морских путях; одна из бесспорных заслуг Беовульфа залючалась как раз в том, что он очистил узкие морские пути между Данией и Швецией от чудовищ, которых он называл merefixa и niceras. После этого останки девяти таких существ ( niceras nigene — Александер ошибочно переводит nigene как "семь") были выложены на берег для рассмотрения и исследования.

Последний монстр, которого собирался уничтожить Беовульф (и сам погиб в этой схватке в 583 г. от Р.Х.) — летающая рептилия, обитавшая на мысу над морем, в Хронеснессе, на южном побережье Швеции. Саксам (и, предположительно, датчанам) летающие репти­лии как таковые были известны под названием lyftloga ("воздухо­плаватели"); но данную конкретную особь из Хронеснесса они называли widfloga ; дословно — "летящий широко (далеко)". Судя по оставленному ими описанию это существо походит на гигантского птеранодона. Интересно, что саксы описывали это существо и как ligdraca "огненного дракона", длиной (или размахом крыльев?) в пятьдесят футов (15.5 метров) и возрастом около 300 лет. (Долголе­тие — характерная черта рептилий, в том числе современных, не-гигантских). И, что особенно любопытно, название widfloga . указывает на то, что этот вид рептилий существенно отличается от других своей способностью совершать дальние перелеты. На Рисунке 11.1. мы видим выпуклый орнамент на щите из могильника в Саттон-Ху, изображающий летучего дракона со сложенными и прижатыми к бокам крыльями; отчетливо видна также длинная, зубастая пасть. Этот щит можно увидеть в Британском Музее и в наши дни. Современные палеонтологи, работающие с окаменелыми останками, назвали бы подобное существо птеродактилем.

Но давайте обратим внимание на другую гигантскую рептилию, вне сомнения, самую свирепую из всех, с какими доводилось сражаться Беовульфу чудовище по имени Грендель.


Орнамент на щите из Саттон-Ху
Рисунок 11.1. Орнамент на древнесаксонском щите из могильника в Саттон-Ху (Восточная Англия) — отдыхающая летучая рептилия. Обратите внимание на сложенные и прижатые к бокам крылья и длинную, зубастую пасть. Весьма поучительно сравнить это изображение с современной реконструкцией птеродактиля и других аналогичных существ.

Часто приходится слышать и читать ошибочные заверения в том, что Грендель — это имя собственное, которое датчане дали именно конкретной особи — как собаке, к примеру, дают кличку Фидо, а лошади — Доббин. На самом же деле, Грендель — название, которое наши предки присвоили определенному виду животных. Это подтвер­ждается тем фактом, что в 931 г. от Р.Х. король Уэссекса Ательстан издал грамоту, в которой некое озеро в Уилтшире (Англия) названо (как и в Дании) grendles mere . 10 Грендель из "Беовульфа", с интересом отмечаем мы, тоже жил в озере (mere). Другие топонимы, упомянутые в древних документах — например, Grindles bee и Grendeles pyt , — тоже являли собой места обитания этого вида. Гриндевальд (букв. Грендельвуд) в Швейцарии — еще один такой топоним. Однако каково происхождение самого слова Грендель?

В англосаксонском языке есть несколько слов того же корня. Например, древнеанглийское слово grindan , от которого происходит современное слово grind — "размалывать" — означало "разруши­тель". Но скорее всего, Грендель — это звукоподражательное слово, произошедшее от древнескандинавского grindill — буря, или grenja реветь. Слово "Грендель" по фонетическому строению действительно напоминает рев огромного животного; в среднеанглий­ский язык оно вошло как grindel — злой, сердитый.

Для бедных датчан, страдавших от нападений хищника, Грендель был не просто животным. Они воспринимали его как демона, synnum beswenced (зараженного грехом). Он был для них godes ansaca (противник Бога), synscatha (творящий зло), wonsaeli(проклятый) и даже feond on helle (дьявол в аду)! Он был один из grundwyrgen , отвратительных и кровожадных монстров, которые, по представлениям датчан, произошли от самого Каина. Уже по этому описанию Гренделя можно понять, что люди в ту эпоху жили в постоянном страхе, каждый день ожидая нападения чудовища.

Но существует и еще более интересное описание Гренделя — его физического облика, его повадок и географии его появлений. Речь идет об эпизоде в поэме, когда Хротгар, король датчан, рассказывает Беовульфу о Гренделе и еще одном чудовище:

Ic thaet longbuend leode mine seleraedende secgan hyrde thaet hie gesawon swyice twegen micle mearcstapan moras healdan ellorgaestas. Thaera other waes thaes the hie gewislicost gewitan meahton idese onlicnes, other earmsceapen on weres waestmum sraeclastas traed naefne he waes mara thonne aenig man other thone on geardagum Grendel nemdon foldbuende... (Выделено мной).

Лучше всего этот момент переведен у Александера:

Я слышал рассказы подданных моих, живущих в дерев­не, советников в этой усадьбе, о том, что они видели двух огромных странников, рыскавших в вересковых зарослях; и один из них, насколько они могли заключить, имел вид женщины; а тот, что имел вид мужчины, весь скрюченный, шел тропой изгнания и был ростом больше, нежели любое человеческое существо. Деревенские жи­тели с давних времен называют его Грендель...

Ключевые слова в этом тексте, а именно те, из которых мы черпаем информацию о внешнем облике Гренделя, — это idese onlicnes (о существе женского пола) и weres waestmum (о существе мужского пола). Датчане, видевшие этих чудищ, полагали, что самка была старше по возрасту, чем самец, и считали ее матерью Гренделя. Может, они и были правы. Но для нас важно другое, а именно: самка имела вид женщины ( idese onlicnes ), а самец, хоть и был он "весь скрюченный" — вид мужчины ( weres waestmum ). Иными словами, оба чудища были двуногими, хоть ростом значи­тельно превосходили людей!

Дополнительные сведения о внешности Гренделя сообщает нам эпизод, когда Грендель — в последний, как выяснилось, раз — напал на датчан. В строках 815-8 в живописных деталях повествуется о том, как Беовульф нанес чудовищу смертельную рану, схватив, а затем выворотив — " wrythan ", строка 964 — ему руку. Далеевпоэмеговорится:

Liscar gebad atol aeglaeca him on eaxle wearth syndolh svueotol seonovue onsprungon burston banlocan.

Это можно перевести как:

Невыносимая боль пронзила ужасное, омерзительное чудище, когда на плече его появилась зияющая рана. Жилы с треском разорвались, и сустав разломился надвое.

В течение двенадцати лет датчане пытались уничтожить Гренде-ля традиционным оружием — ножами, мечами, стрелами и тому подобным. Но шкура его была непробиваема, и чудище безнаказанно нападало на людей. Беовульф обдумал все это и решил, что единст­венный способ избавиться от монстра — схватиться с ним врукопаш­ную, Передние конечности чудища, которые саксы называли eorms(руки) и которые иногда переводят как "когтистые лапы", были малы и сравнительно слабы. Этим уязвимым местом и воспользовался Беовульф. Он и прежде прославился мощной хваткой, и теперь использовал это качество для того, чтобы в буквальном смысле вырвать одну из конечностей Гренделя.

Однако в 2079 строке поэмы Грендель описывается как muthbona , т.е. тот, кто убивает с помощью челюстей; а скорость, с которой пожирал свою добычу (людей), многое говорит нам о размере его пасти и зубов (сказано, что он проглотил тело одной из своих жертв "огромными кусками"). Как ни странно, именно размер пасти Гренделя помог Беовульфу исполнить его тщательно продуман­ный план: он крепко прижался к груди чудовища, как раз между конечностями, на которые должен был прийтись удар, и головой снизу сдавил челюсти монстра, укрывшись, таким образом, отчего смертоносных зубов.

Далее сказано, что когда Беовульф сжал лапы чудовища (а нам следует помнить, что Грендель был всего-навсего "подростком", а не взрослой особью своего вида), потрясенный зверь, вместо того чтобы наброситься на человека, попытался вырваться. Он инстинктивно почуял смертельную опасность и стремился избавиться от хватки того, кто применил столь неожиданный прием и причинил ему столь пугающую боль. Но именно попытка вырваться сделала Гренделя уязвимым. Беовульф, как наглядно показано в поэме, в ходе борьбы вывернул и оторвал лапу чудища. Терзаемый ужасной болью, Грен-дель вернулся в свое логово и умер от потери крови.

Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Рисунок 11.2. Действительно ли способ, каким Беовульф смертельно ранил Гренделя, никогда прежде не применялся, или же это была старая, испытан­ная стратегия? Эта иллюстрация — оттиск древневавилонской цилиндриче­ской печати — изображает человека, который схватил и явно пытается вывернуть и оторвать переднюю конечность подобного Гренделю двуногого чудища.

Но действительно ли метод, каким Беовульф умертвил Гренделя, не был прежде известен истории? Не сохранилось ли в летописях описаний подобных случаев? Судя по всему, они есть, и пример тому — Рисунок 11.2. На этой иллюстрации — оттиск древне-вавилонской цилиндрической печати, который хранится в Британском музее. Мы видим человека, который собирается оторвать переднюю конечность у двуногого монстра, изображение которого, хотя и стилизованное, вполне соответствует описанию Гренделя. Я не могу представить ученого, который рискнул бы предположить, что древнеанглийский автор "Беовульфа" украл идею у древне-вавилонского художника. Потому, думается мне, мы можем смело допустить, что способ, каким Беовульф расправился с Гренделем, не был абсолютно неизвестен. древнему миру. Да и сам Грендель, как явствует из рисунка 11.3, тоже не был древнему миру незнаком.

Перед нашим взором открывается поистине замечательная карти­на. Камень, на котором высечены изображения этих странных животных, сохранился в церкви Св. Марии и Хардульфа в Бридон-он-де-Хилл, Лестершир. Прежде эта церковь принадлежала англосаксон­скому королевскому дому Мерсия. Сам камень — всего лишь часть большого фриза, на котором изображены разнообразные птицы и люди, все легко узнаваемые. Но откуда взялись эти странные звери? Они не похожи ни на один из видов животных, обитающих в современной Англии, но в то же время изображены так же живо и достоверно, как остальные существа.

Билл Купер. «Беовульф» и датские чудовища
Рисунок 11.3 Саксонская резьба по камню — двуногий хищник нападает на стаю длинношеих четвероногих. Обратите внимание на длинные ноги и хилые передние конечности хищника. Это изображение вполне соответствует описанию Гренделя и явно указывает на то, что подобные чудовища существовали на Британских островах, равно как и на Европейском материке (это подтверждается грамотой Ательстана и другими документами). Камень можно увидеть в церкви Св. Марии и Хардульфа в Бридон-он-де-Хилл, Лестершир.

Мы видим длинношеих четвероногих зверей, один из которых, справа, кусает (или ласкает?) другого. А в центральной части сцены некое двуногое существо нападает на одно из четвероногих. Оно стоит на двух больших задних ногах; передние конечности у него гораздо короче, а на спине — подобие брони. Его жертва, судя по всему, пытается обороняться, но ноги у нее подогнулись от страха.

Никак нельзя предположить, что данная картина — карикатурное изображение обычных видов животных, обитающих (в наши дни) на Британских островах, поскольку среди современных местных видов не наблюдается ни длинношеих, ни двуногих. Так как же нам относиться к этому изображению? Есть ли в летописи окаменелостей хищник с мощными задними конечностями и относительно слабыми передними? Да, есть; и даже несколько видов. Но как бы мог знать о подобных существах саксонский художник, если бы никогда их не видел? Не изображено ли случайно на этом камне существо, извест­ное саксам и датчанам под именем Грендель? Если учитывать описания, которые мы находим в Беовульфе, то положительный ответ напрашивается сам собой,

Что касается излюбленных мест и привычек Гренделя, то Бео­вульф сообщает нам, что охотился он в одиночку; перепуганные жители, которые время от времени наблюдали, как он крадется в лунном свете, среди окутанных туманом болот, называли его atol angengea "одиночка, наводящий ужас". Он был mearcstapa(букв. "ходок по болотам"), или, в экспрессивном переводе Алексан-дера, "обитатель моховых топей". По ночам он выходил на охоту:

приближался к человеческому жилью и выжидал во тьме, пока добыча уснет, чтобы наброситься на него; потому его называли sceadugenda (букв. "ночной бродяга", "ночная тень"). Бесшумно скользя по fenhlith (заброшенным, безлюдным болотным тропам);

он внезапно появлялся из кромешной тьмы как deathscua ("призрак смерти"). У датчан были даже специальные наблюдатели, eotanweard ("страж чудищ"), которые должны были стоять в дозоре и предупреждать людей о появлении монстра — но чаще всего их усилия оказывались тщетными. Грендель появлялся из темноты настолько бесшумно, что зачастую сам eotanweard становился его добычей. Одной памятной ночью Грендель уничтожил не менее тридцати датских воинов! Не мудрено, что расправившегося с ним Беовульфа так щедро наградили и так прославляли.

На страницах Беовульфа мы находим убедительный и отчасти пугающий портрет Гренделя, и, я полагаю, читатель без моей помощи определит, какому виду динозавров-хищников лучше всего соответст­вует это описание. Современные комментаторы, воспитанные в лучших традициях эволюционной теории, говорят, что чудовища, подобные Гренделю это примитивное олицетворение смерти и болезней, и прочую чепуху в том же духе. (Однажды Гренделя обозвали даже олицетворением Северного моря!) Но такие заявления не выдерживают критики. Одно из современных изданий поэмы содержит следующий комментарий — выразительный и обнадежи­вающе честный:

Несмотря на множество намеков на олицетворение дья­вола и абстрактной идеи зла, чудовища, описанные в Беовульфе, выглядят весьма правдоподобно. В них нет ничего сверхъестественного, кроме силы; они уязвимы и смертны. В раннем средневековье читатели воспринима­ли чудовищ именно как чудовищ, а не как символы чумы и войны, поскольку эти существа, вне сомнения, совер­шенно реальны.

Примечания

1. Brit. Mus. Cotton. Vitellius. A. XV.

2. lines 1957-61 (Klaeber).

3. Alexander, M. Beowulf. Penguin Classics . Harmondsworth . pp .112-3 .

4. Это подтвержает идею дохристианского происхождения мерсийской и, следовательно, других генеалогий, и доказывает, что саксонские родословные списки существовали еще до того, как саксы появились в Англии.

5. Historiae Francorum. Book III. chap. 3. See Thorpe, Lewis tr. Gregory of Tours: The History of the Franks. Penguin Classics. Harmondsworth. 1974. p. 163.

6. cit. Klaeber. p. xli.

7. ibid.

8. Это — единственнаянеточность, омрачающаябезупречныйпереводБеовульфа, выполненныйМайкломАлександером. Как ни странно, Клэбер, опубликовавший оригинальный текст поэмы, сделал в точности такую же ошибку.

9. Ythgewinnes ; доcл. — "молотящий по волнам". Это существо плавало по поверхности воды, и потому люди с легкостью поразили его копьем с берега. Существо, подобное ythgewinnes , часто изображали на носу своих кораб­лей викинги. Есть основания полагать, что они делали это не из суеверия, а с практической целью — отпугнуть настоящих "молотящих по волнам".

10. Cartularium Saxonicum. (W. de Gray Birch ed.). ii. 363 If. (cit. also by Klaeber. p. xxiv). i on

11. Beowulf, lines 1345-1355 (Klaeber)

12. Alexander, p.93.

13. Longman Literature Guides. (York Notes Series). Beowulf,p.65

© Билл Купер «После потопа. Ранняя история Европы»
Христианский апологетический центр, Симферополь, 1997