Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Виктор: У нового Хоббита должно быть такое вступление:
Виктор: „А вы слышали сказку о драконе, который Смог?“»
bash.org

Краузе С.В. «Аджи Дахака и Таблицы Судеб»




Из религиозных убеждений зороастрийцев, Аджи Дахака (на парси – Чужой 
Дракон) правит миром. Эра Аджи Дахака – это 1000 лет, растянувшиеся на целую 
вечность.
Согласно древним шумерским текстам, обладающий Таблицами Судеб ста-
новится всемогущим. Что собой представляют Таблицы Судеб? По мнению автора, 
Таблицы Судеб – это гигантский инертный информационный накопитель. Во сне 
или потеряв сознание, человек считывает какую-то незначительную часть этой ин-
формации, в большинстве случаев – в искаженном отражении нашего возбужденно-
го воображения. Чтобы устранить искажения и считывать именно то, что нам надо, 
нужны дополнительные условия. То, что мы называем Таблицы Судеб, с порази-
тельной точностью способно моделировать картины не только прошлого, но и бу-
дущего. Существуют 2 информационных накопителя: на Земле – это окружающие 
нас вода или Океан, а в пределах Солнечной системы – нечто, типа шара или иглы, 
оставленное Высшим Разумом.


Аджи Дахака и Таблицы Судеб

1

3-й час дня 17-го февраля 14-го года Александра Севера .
Левый берег в среднем течении Прута. 
Из пылающих развалин дома в поселении сарматского ясаула Се-
мака молодой воин извлек полуобгоревший лист пергамента и прочи-
тал:
–– "Ты, кто пришел сюда, знай и помни, самая великая мудрость 
Нашего Создателя в том, что всему созданному в мире всегда есть свое 
начало и конец. Нет, и никогда не было бессмертия. Все в нашем мире 
– точно, ясно и четко обусловлено. Но самые высшие достоинства им 
созданного – это справедливость, преданность и …
Когда человек сможет управлять своими сновидениями, ему поко-
рится…
В Таблицах Судеб …"
Больше ничего прочесть воину не удалось.
–– Что-то интересное? –– Быстрым шагом к нему подошел такой 
же, высокого роста и могучего телосложения, но бородатый воин, с 
головы до ног закованный в стальные доспехи. Тлеющие остатки ру-
кописи он взял в свои руки, внимательно просмотрел и, чуть поколе-
бавшись, бросил их в пламя огня. –– Утрачена еще одна хорошая 
мысль. –– Он развернулся к стоявшему: –– Матей , это место для твое-
го нового поселения. 20 воинов я отдаю тебе. 
Молодой воин удивился: 
–– Отец, а Коломан … 
–– Не беспокойся. С Коломаном я все улажу. –– Властным жестом 
Торвалд  подозвал своих помощников: –– Норнемарк  и Бергер , со 
своими людьми вы останетесь тут. Постройте укрепление. Остальные 
– вам помогут. Это поселение я отдаю Матею. 
Ни Норнемарк, ни Бергер не проявили никаких чувств, но на их 
невозмутимых лицах Торвалд прочитал: "А Коломан знает?" 
–– Нет, Коломан об этом не знает, но через час он будет знать, –– 
заверил он их.
–– Тебе виднее, –– сдержанно заметил Бергер.
–– Коня! –– потребовал Торвалд. 
Один из его воинов подвел коня. 
Торвалд ловко взобрался на него, махнул рукой и двинулся в сто-
рону поселения Коломана.
10 воинов поскакали вслед за ним. 
Спустя полчаса Торвалд вошел во дворец Коломана, беспрепятст-
венно проследовал по переходам и оказался перед предводителем го-
тов. 
–– А, это ты, Торвалд! Поселение Семака – твое? –– спросил Ко-
ломан. 
–– Да, все хорошо. Семак без сопротивления отвел своих людей и 
остановился в 3-х милях  от нас в сторону За Болотом. Там у него есть 
небольшой хутор. Я думаю, Семака предупредили, –– заметил Тор-
валд. –– В его поселении я нашел только одного дряхлого старика. Он 
нам ничего не сказал. 
–– Он умер?
–– Да. Зачем нам его кормить? 
–– Правильно, –– одобрил Коломан.
–– Но кто предупредил Семака? –– Торвалд жаждал крови, хотя 
ясаул сарматов его явным врагом не был. Он даже не видел Семака. 
Коломан снисходительно улыбнулся: 
–– За хорошие деньги Семак нанял тут соглядатая. Чему ты удив-
ляешься? 
–– Очевидно, ты прав, –– согласился Торвалд. –– Коломан, посе-
ление Семака я полностью разрушил, а место отдал своему сыну Ма-
тею. 
–– Если я не ошибаюсь, 18 лет ему исполнится только летом? 
–– Да. В августе, –– уточнил Торвалд.
–– Поселение Семака я отдал тебе, и ты можешь поступать с ним, 
как тебе угодно, но Матей – неполнолетний, а значит, никаких прав у 
него нет. Поселение Семака принадлежит тебе и только в августе оно 
может стать Матея. 
Иного от Коломана Торвалд и не ожидал. Он хорошо знал своего 
друга, его жизненную мудрость и справедливость, но все-таки насу-
пился. 
Коломан поддержал его:
–– Не печалься! До августа – всего лишь полгода. Оставьте нас! –– 
потребовал он от присутствующих и, когда их оставили вдвоем, про-
должил: –– Торвалд, весной за Прут нам надо послать 200–300 воинов. 
Как ты думаешь? 
Торвалд оживился: 
–– За рекой на 5–6 миль еще тянется долина, а потом начинаются 
горы. В горах нам делать нечего, а в предгорье мы можем захватить 
хорошую добычу: у местного народа много скота. В основном – это 
овцы и козы. Лошадей, быков и коров у них мало.
–– Вот и прекрасно! Подбери воинов.
–– Всадников? Нет, 200–300 всадников нам не найти, –– возразил 
Торвалд.
–– 150? –– спросил Коломан.
–– Сомневаюсь. 
–– Твоих – 40, –– подсказал он.
–– А остальные? Где их взять? С всадниками мы соберем хоро-
шую добычу, а с пешими – сарматы разбегутся и скот попрячут в лесу 
или в горах. Там его не найти. 
–– То есть необходимо напасть одновременно на несколько посе-
лений. 
–– Было бы хорошо, –– согласился Торвалд. –– А где люди? 
Скрипнули петли двери, и у порога показался охранник. 
–– Говори. Что там? –– повернулся к нему Коломан. 
–– От Семака прибыл человек. 
Коломан кивнул Торвалду. 
–– Что ему надо? 
–– Семак просит твоей защиты и покровительства, –– передал ох-
ранник.
–– Веди его сюда.
Охранник вышел и вернулся с невысокого роста сарматом. 
Семак был мудрым ясаулом. К Коломану он не послал своего 
близкого родственника, а отправил тщедушного, но вполне прилично 
одетого человека. Оба гота сразу это оценили. 
–– Я слушаю тебя. –– В обращении со всеми, без исключения, Ко-
ломан был прост и сдержан. 
По лицу стоявшего перед ними сармата расплылась широкая 
улыбка: 
–– Я – от Семака. Он просит твоей защиты и покровительства, –– 
повторил он слова охранника. 
–– Я очень рад. А где он сам? 
–– Семак остался у восточных ворот Вода Берег Колом Мые. 
Лица готов застыли в ожидании, но их надежды на то, что тот ис-
правит свою оплошность, не оправдались. Называть поселение готов 
его старым именем у них считалось оскорблением не только для пред-
водителя, но и для всего народа! 3 года тому назад поселение Вода 
Берег Колом Мые стало поселением Коломана. 
Выждав минуту, Коломан приказал: 
–– Схватите его! 
Высокорослые охранники подхватили под руки человека Семака и 
выволокли за двери. 
Вошел старший охранник: 
–– Волф , у восточных ворот меня ждет Семак. Пригласи его сюда. 
–– Да, Коломан. –– Волф вышел.
Спустя четверть часа на пороге появился 40-а лет довольно симпа-
тичный сармат.
–– Я – Семак, –– представился он. 
–– Прошу, садись к нам за стол и будь гостем, –– пригласил его 
Коломан к быстро приготовленному, но самому простому обеду. 
Семак не заставил себя просить дважды и без лишних стеснений 
сел напротив Коломана и Торвалда. Кто-то из прислуживающих дал 
ему влажное полотенце вытереть руки. 
–– Вина? –– предложил Коломан, и их чаши наполнили хорошим 
вином. 
Семак отпил глоточек и похвалил: 
–– Хорошее вино. Откуда? 
–– Из Паннонии.
Им подали тушеные в бобах свиные ребрышки, запеченную в яб-
локах утку, квашеную с брусникой капусту и небольшую порезанную 
буханку свежеиспеченного хлеба. Только от их запаха и хозяева, и 
гость проглотили слюнки. Перед каждым из них стояла широкая се-
ребряная тарелка и лежали миниатюрные нож с тупым острием и дву-
зубая вилка. К большому удивлению Коломана и Торвалда, Семак 
знал, как пользоваться всем этим. Поддерживая вилкой, ножом он лов-
ко отдирал мясо от ребрышек, поддевал его вилкой и отправлял себе в 
рот. С такой же сноровкой ножом он подталкивал бобы на вилку, не 
гоняясь за ними по всей тарелке. 
Коломан и Торвалд переглянулись и улыбнулись друг другу. 
–– Знакомься, Семак. Это – Торвалд, –– сообщил гостю Коломан. 
Торвалд кашлянул. 
Как ни в чем не бывало, Семак разжевал боб, проглотил его и за-
метил: 
–– Теперь мы соседи. 
 Оба гота снова улыбнулись.
–– Как тебе удалось уйти от Торвалда? –– выспрашивал Коломан. 
–– Тут у тебя есть соглядатаи?
Теперь прокашлялся Семак:
–– Хорошее мясо.
–– А соглядатаи? –– напомнил Коломан.
–– О ваших замыслах я узнал вчера вечером и отвел своих людей и 
скот в хутор за 3 мили в сторону За Болотом. Утром мне сообщили, 
что Торвалд захватил мое поселение и сжег его.
–– А старик? –– поинтересовался Торвалд.
–– Он отказался идти. Что с ним?
–– Он умер.
–– Да, а где мой человек, которого я послал к вам? –– вспомнил 
Семак.
–– Ты очень дорожишь им? –– спросил Коломан.
–– Нет. С ним что-то случилось?
–– Он оскорбил Коломана, –– дал знать Торвалд.
–– Я не стану его оправдывать. –– Семак отдал его в руки готов.
–– Волф! –– позвал Коломан, и старший охранник показался из-за 
двери. Незаметный знак предводителя и он исчез. 

Человека Семака выволокли на рыночную площадь и повесили. 
Вокруг казненного ходил глашатай и рассказывал:
–– Этот мерзавец перепутал и назвал поселение Коломана его ста-
рым названием Вода Берег Колом Мые! Он оскорбил Коломана и всех 
готов! Так мы будем поступать с каждым, возомнившим себя выше 
воли богов!

2

Готы пришли сюда более 20-и лет тому назад.
Вначале это были небольшие отряды, но во время Каракаллы  их 
переселения становились все более и более многочисленными. С рай-
она среднего течения Вистулы  готов вытеснили лангобарды и мар-
команы. Сквозь горы они стали просачиваться в Сарматию. Не встре-
чая сопротивления, небольшими поселениями готы оседали на берегах 
между Тирасом и Прутом. Основным их опорным лагерем стало древ-
нее поселение кельтов Товматык .
С юных лет Коломан и Торвалд питали друг к другу взаимную и 
неизменную дружбу. В составе 10-и знатных и подающих надежды 
отпрысков готских предводителей на 2 года их направили в Рим по-
знавать премудрости могущественной империи. Они побывали в Пан-
нонии, Иллирии и Норике. Но Италика покорила молодых готов своим 
теплым климатом, яркими красками и неистощимым богатством. 2 
года пролетели, как одно мгновение. Домой они привезли великолеп-
ные образцы оружия, роскошные одежды, серебряную посуду и гору 
книг.
Свои книги Торвалд подбирал с особой тщательностью. Его инте-
ресовали научные и технические труды, история и география. В свое 
время у его отца была такая же возможность. И отец, и сын хорошо 
знали латынь, а своих детей Торвалд обучил еще и койне. 
Коломан обратил внимание на трудолюбие и познания Торвалда. 
Незаметно они сблизились и подружились, а, повзрослев, создали 
свои, взаимно ценившие друг друга, семьи.
Волей судьбы, Коломан стал предводителем одного из многочис-
ленных крыльев готов, в поисках новой родины устремившихся на 
юго-восток. Одним из первых Коломан проник за высокие перевалы 
гор и обосновался у Товматыка. Прибывавших готов, словно полно-
правный правитель, он расселял в ближайшей округе, тем самым вы-
зывая обоснованное беспокойство и раздражение сарматских ясаулов. 
Но открытого вооруженного сопротивления они не оказывали, и в те-
чение 15–20 лет готы мирно овладели огромной территорией.
В Вода Берег Колом Мые они вошли через открытые ворота, заня-
ли дворец ясаула и в тот же день объявили народу свои новые законы. 
Поселение переименовали на поселение Коломана. Это народ воспри-
нял с чувством юмора, но слишком жесткие законы готов вызвали 
волну негодования.
–– Не воровать, не лгать и честно трудиться!
–– Не воровать?!
Испокон веков главным занятием всех сарматов были грабеж и 
разбой, воровство и бесконечная война, а ложь у них заложена в крови. 
Честно трудиться?! Сарматы не понимали этого. Обмануть или выду-
рить – вот в чем их главное достоинство. Честный сармат – это что-то 
невероятное.
Попытку бунта готы пресекли казнью зачинщиков.
Появились беженцы.
Никто их не удерживал. Поселение Коломана уменьшилось на 1/3 
населения. Пустые дома достались новому потоку готов, обошедших 
горы с северо-востока.
В начале зимы все свои силы Коломан сосредоточил у Города 
Дэнка. Оборонительные сооружения поселения предполагали начало 
длительной и кровопролитной войны.
Коломан пригласил ясаула сарматов на переговоры.
Посетив лагерь готов, ясаул пал духом: любой воин из осаждав-
ших был на голову выше самого высокого из его воинов. "С такой ар-
мией можно покорить весь мир!" –– подумал он и сдал город без боя.
С первых дней пребывания на этой земле Коломан и Торвалд за-
метили, что общается местное население на смеси из нескольких язы-
ков, но доминировали славянский, латынь, койне и парси. Латинские 
имена и прозвища, названия военных и технических терминов, месяцы 
календарного года остались достоянием сарматов. Римские дороги, 
мосты, заградительные валы и оборонительные сооружения отлича-
лись высоким качеством работ и долговечностью, хотя римляне ушли 
отсюда 50–60 лет тому назад. Ближайший их опорный пункт находил-
ся на расстоянии 35-и миль за Черемошем. 
Эти обстоятельства как нельзя больше устраивали Коломана, в 
молодые годы усвоившего основы римской культуры. Торвалд его 
поддерживал. Все крыло готов Коломана восприняло от римлян все 
самое лучшее.
	Но больше всего Коломана и Торвалда удивляло летоисчисление 
сарматов по году правления никому не известного тут римского импе-
ратора. Самых стойких сторонников готских обычаев удалось убедить 
принять римские основы с помощью монет с изображениями этих им-
ператоров. За последние годы стоимость высокопробных денариев 
резко возросла, а низкопробные антонианы даже тут, в Сарматии, 
брать отказывались. 

3

Оставшись с 20-ю воинами, Матей растерялся: "С чего начать? Ра-
зобрать эти развалины? Но они еще не догорели. Расчистить в лесу 
место для нового поселения? А где взять топоры, пилы и лопаты? Чем 
раздолбить эту промерзшую землю?"
Выручил Норнемарк:
–– Матей, поселение мы построим весной, когда сойдет снег и 
просохнет земля. Завтра мы вернемся сюда и возведем сторожевую 
башню. В ней поочередно будут дежурить по 5 воинов.
Бергер согласился с ним:
–– Да, так будет лучше. Где поставим сторожевую башню?
–– Там. –– Матей неопределенно указал в сторону уходившей к За 
Болотом дороге.
Втроем они осмотрели окраину уничтоженного поселения Семака 
и определили место для башни.
–– Подчистить ближайшие кусты, улучшить обзор дороги, в лесу 
напилить бревен... –– перечислял Бергер, но Матей лишь с трудом 
улавливал им сказанное.
Собирать тут было нечего. Добычи и трофеев не оказалось. Воины 
выстроились в колонну и вытянулись в сторону поселения Коломана.
Матей сел на лошадь и, обогнав их, поскакал вперед.

В поселении Коломана у дворца рядом с отцом он заметил до-
вольно симпатичного и прилично одетого сармата. Спешился и спро-
сил:
–– Кто это?
–– Семак, –– ответил Торвалд. –– Матей, завтра вместе с Зигис-
райном  съездишь к нему. Теперь ты с Семаком – соседи. Между ва-
шими поселениями больше никого нет: только лес и болото.
–– Хорошо, отец, –– кивнул Матей, а сам подумал: "Странно! На 
месте Семака, ко всем готам я питал бы нескрываемую вражду, а к 
моему отцу и ко мне – особенно! Хитрит? Прикинется тихим и без-
обидным, а в трудную минуту… Коломан отправляет к Семаку своего 
старшего сына Зигисрайна?! Это безумие! Семак перебьет нашу охра-
ну, а Зигисрайна захватит в плен! Нет, я этого не допущу! Возможно, 
завтрашний день станет для меня…"
Озабоченности сына Торвалд не заметил.

К полудню следующего дня Зигисрайн в сопровождении 5-и вои-
нов на лошади выехал в поселение Семака.
Матей был седьмым. Из своих людей он взял с собой самых креп-
ких и надежных: Норнемарка и Бергера. Всю дорогу его рука лежала 
на рукоятке меча, хотя до совершеннолетия обнажать его Матей мог 
только лишь в случае смертельной опасности для себя или своих спут-
ников. Убивать кого-либо он не мог. Убить рукой бесправного юноши 
– это значило совершить преступление, стать проклятым своим наро-
дом и, возможно, изгнанником. Распоряжаться своей жизнью на поле 
битвы или в мирное время мог только настоящий воин. За это он брал 
ответственность перед Симарглом и перед остальными богами.
Коломан и Торвалд прослыли у готов как вопиющие безбожники. 
С трудом они терпели жрецов, волхвов и пресвитеров, считая их без-
дельниками и дармоедами. По возможности, их влияние на готов стро-
го пресекалось. Для своего народа Коломан искал новую, самую объ-
ективную и приемлемую для всех религию.

Зигисрайна и Матея Семак усадил за стол в своем доме, а осталь-
ных воинов приняли соседи.
–– Вина? –– предложил хозяин.
–– Матею не наливай, –– предупредил Зигисрайн. –– 18 лет ему 
исполнится только в августе.
Семак разлил вино в чарки, а Матею предложил сладкой медову-
хи. В отличие от вчерашнего, угощение сарматов оказалось щедрым и 
разнообразным.
–– Семак, чем ты занимаешься? –– без предисловий после первой 
же чарки вина спросил Зигисрайн.
–– Всем, что приносит мне доход, –– ответил хозяин.
–– А что больше всего приносит дохода?
Семак провел ладонью по своей аккуратно подстриженной корот-
кой бородке:
–– Выращивать пшеницу и рожь тут невозможно: вокруг – непро-
ходимое болото. Я развожу домашних животных. У меня – 120 коров, 
около 200-т овец и коз, и больше 40-а свиней. Коровы дают молоко и 
кожу, овцы – шерсть, а свиньи – мясо и сало. Все это приносит хоро-
шие доходы.
–– А сено и корма?
–– Часть – мои люди заготавливают, а часть – покупаю.
–– Скот продаешь тут?
–– Нет. Тут продаю только по необходимости, а основное – в Чер-
не Веси.
–– Римлянам? –– удивился Зигисрайн.
–– Да, они хорошо платят.
Оба гостя насторожились. Все, что касалось римлян, их интересо-
вало особо.
Семак заметил это:
–– У римлян я беру монетой, хорошими тканями, оружием и ред-
кими книгами. 
–– Оружием? –– переспросил Зигисрайн.
–– Да. Наконечники для копий и стрел, доспехи. Мечи у них ко-
роткие, ни к чему не годные. С таким мечом у нас не сражаются.
–– Почему, –– возразил Зигисрайн, –– в строю таким мечом очень 
удобно сражаться: не заденешь своих.
–– В строю – да, –– согласился с ним Семак. –– Но у нас сражают-
ся "толпа на толпу". В таких условиях нужны длинные мечи и крепкие 
мышцы воинов. Мечи я не покупаю, а из сырого железа кую свои.
Семак пополнил чарки вином, а Матей попивал медовуху и быстро 
охмелел.
–– А книги? –– напомнил Зигисрайн.
–– О! Иногда у римлян можно купить удивительные книги!
–– А что именно?
–– В зависимости, что тебя интересует.
–– История и география.
–– Геродот, Аристотель, Птолемей… –– стал перечислять Семак.
–– Нет. Это я читал.
–– Да? –– удивился хозяин.
–– А из философии что-то?
–– Философия любого народа тесно связана с религией.
–– Нет, эти сказки нас не интересуют, –– заявил Зигисрайн.
–– Почему? –– возразил Семак. –– Среди тысячи строк откровен-
ной лжи и мистики мы всегда можем найти одну стоящую мысль.
–– Среди тысячи строк ее тяжело найти, –– согласился Зигисрайн.
–– На пепелище твоего поселения я нашел обгоревший лист пер-
гамента. На нем было написано что-то о Таблицах Судеб, –– вспомнил 
Матей.
–– Это черновик моей книги.
–– Ты пишешь книгу? –– удивился Зигисрайн.
–– Да, –– скромно ответил хозяин.
–– О чем?
–– История и философия. История этого края. Моя версия истории 
Земли. Ее начало и чем все это закончится.
–– И чем же?
–– Есть 2 пути: человек станет богом или погибнет.
–– А твой вариант?
–– Мне больше нравится первый.
–– И что для этого надо?
–– Развивать свои собственные способности, а не орудия труда и 
уничтожения.
Зигисрайн улыбнулся:
–– То есть: откажись от одежды, обуви, жилища, топора, меча и 
стань дикарем?
–– Нет. От добытых технических средств цивилизации нам не сле-
дует отказываться, а, наоборот, использовать их в полной мере и вме-
сте с тем, как можно больше развивать свои собственные способности.
–– И в этом ты достиг выдающихся успехов! –– снова улыбнулся 
Зигисрайн.
–– Нет, ничего особенного я не нашел. Но прежде, чем заниматься 
этим, необходимо определить направление поиска. –– Семак собрался 
с мыслями. –– Учение зороастрийцев утверждает, что в истории зем-
ной цивилизации можно различить 3 эры: Творение, Смешание и Раз-
деление. Сейчас – эра Смешания. В этой эре – несколько периодов, и 
один из них – 1000-летие правления Аджи Дахака. Аджи Дахака – это 
Чужой Дракон. Аджи Дахака – это инородный разум, проникший в 
Нашу Вселенную. Он уничтожил наших богов, то есть создавших нас 
богов или Наш Высший Разум. Теперь мы остались одни. Могущество 
Аджи Дахака столь велико, что не вмещается ни в какие рамки челове-
ческого представления. Все, что мы видим, все, что мы делаем, все это 
происходит внутри Аджи Дахака или в нем самом. Он поглотил цели-
ком всю Нашу Вселенную. Она является его средой. Туда, куда луч 
солнца летит миллиарды лет, и туда, куда луч солнца не в состоянии 
пробиться, там и везде вокруг нас – Аджи Дахака. Я думаю, 1000-
летие Аджи Дахака длится уже 10–12 тысяч лет.
–– Зороастрийцы знают, как победить Аджи Дахака? –– спросил 
Матей.
–– Зороастрийцы утверждают, что Трайтаона  победил Аджи Да-
хака, –– ответил Семак.
–– Так чего нам беспокоиться? –– отозвался Зигисрайн.
–– Я в этом сомневаюсь.
–– Семак, а почему Аджи Дахака не уничтожил людей? –– спросил 
Матей.
–– Аджи Дахака поглощает только высокий интеллект, а неживые 
объекты его не интересуют. Очевидно, человека он просто не замечает,  
–– объяснил хозяин. 
–– Как можно победить Аджи Дахака? –– поинтересовался Зигис-
райн.
–– С помощью Таблиц Судеб древних шумеров, –– ответил Семак.
–– Да, конечно, мифического дракона удобнее всего победить с 
помощью мистических таблиц, –– скептически улыбнулся Зигисрайн. 
–– Семак, нам надо определить границы твоих владений со стороны За 
Болотом.
–– Границы владений Коломана, –– уточнил Семак. 
–– Да, –– согласился Зигисрайн. –– Надеюсь, на Торвалда и его 
сына Матея ты не сердишься? Он будет твоим ближайшим соседом со 
стороны поселения Коломана.
–– Нет, я не сержусь. К Коломану мне надо было обратиться еще 3 
года тому назад, когда он захватил … поселение Коломана. –– Семак 
вспомнил о своем, повешенном вчера, человеке. 
Зигисрайн поднялся из-за стола:
–– Спасибо за угощение. Нам пора ехать. Ты дашь нам проводни-
ка?
–– Зачем? Я сам с вами поеду.
Они вышли из дома, сели на лошадей и в сопровождении увели-
чившейся охраны направились к реке.
Узкая дорога шла среди редколесья. У реки она превратилась в то-
ненькую тропинку. По ней свернули в сторону За Болотом.
В этом году зима выдалась не морозная, и река льдом покрылась 
лишь на мелководье. Берега покрывал темный, местами подтаявший 
снег.
–– С той стороны реки – непроходимый болотистый лес, –– рас-
сказывал Семак. –– А ниже по течению, напротив За Болотом, иудеи 
построили свое поселение Иллинцы . Это большое и богатое поселе-
ние. 
На их стороне показались домики. 
–– Это – За Болотом, –– объяснил Семак. 
Беспрепятственно они въехали в поселение, а за валы их не пусти-
ли. Объехав укрепление, всадники направились по дороге к поселению 
Коломана. 
Семак провел их до пепелища своего бывшего поселения и уди-
вился: у дороги уже стояла 12-футовая  деревянная башня. Осталось 
только извне обмазать ее землей, чтобы уберечь от поджога. 
Тут они расстались. 
Семак отправился к себе, а готы поскакали к Коломану.
Тот внимательно выслушал Зигисрайна, а Матей дополнял его. Из 
всего услышанного, его заинтересовало одно: 
–– Иллинцы на той стороне реки напротив За Болотом? 
–– Да, –– подтвердил Зигисрайн. –– Там небольшой холм, вокруг 
которого 150–180 домов. С нашей стороны оборонительных валов я не 
заметил. 
–– Так. –– Коломан соскучился по настоящему делу. –– Торвалд, 
сколько у тебя всадников? 
Без лишних слов тот понял его: 
–– К завтрашнему утру будет 55–60. Собрать их?
–– Да. Плюс моих 30–40. Все равно мало, –– подсчитывал Коло-
ман. –– Из них 10–12 – больные, раненые и еще какие-то там. Вместе 
мы соберем 80–90 всадников. Нет, этого мало. Необходимо найти еще 
хотя бы 50 всадников.
–– Негде, –– возразил Торвалд.
–– Знаю. Нет, такую добычу нам упускать нельзя! Завтра за 2 часа 
до рассвета всех всадников собрать у меня! –– решил он и улыбнулся: 
–– Скажите всем, я хочу захватить За Болотом.
Все поняли замысел Коломана и поспешили оповестить своих лю-
дей.

Спустя 1,5 часа в За Болотом уже знали о намерениях готов и по-
спешно стали готовиться к обороне. На случай длительной осады, за-
пасали продукты питания, сено и корм для скота.
Заболотинцы послали за помощью к соседям. 

Матей, словно тень, ходил за отцом:
–– Возьми меня! 
–– И не надейся! –– возмущался Торвалд.
–– Отец! 
–– И не думай об этом, говорю я тебе! Кто там за тобой присмат-
ривать будет?
–– Я не буду их убивать, а только ловить, –– настаивал Матей. 
–– Они – не рыба. Я сказал – нет! Все!

За 2 часа до рассвета возле дворца Коломана собрались все всад-
ники. 
Торвалд пересчитал их:
–– 73. 
–– Мало. –– Коломан с трудом сдерживал свою лошадь. –– Это 
все? 
–– Отроки, –– указал в сторону сына Торвалд. 
–– Сколько их?
–– 22 
–– Хорошо, –– решил Коломан. –– На сегодня их проклятие я беру 
на себя. Но скажи им, по возможности, не убивать. Вперед!
На скаку колонна всадников вытянулась по дороге к За Болотом. 
Возглавляли ее Коломан и его сын Зигисрайн, а замыкали – отроки 
Матея.
Зажженные костры и факелы на валах За Болотом свидетельство-
вали, что поселение не спит. Но, не доезжая его, всадники повернули к 
реке и растаяли в темноте.
Слабо охраняемый мост ни с этой, ни с той стороны не стал для 
них серьезным препятствием. Словно бурелом, готы ворвались в Ил-
линцы и начали грабеж и избиение спящих поселенцев. Чтобы устра-
шить их, Коломан велел поджечь 2 или 3 дома.
На этот раз добыча превзошла все ожидания. Все награбленное 
сносили на площадь в центре поселения. Сюда же вели пленников. 
Отобранный скот сгоняли к мосту. Жертв почти не было. 
Матей и 10 юношей остались охранять мост со стороны За Боло-
том, а остальные 11 – со стороны Иллинцев. 
Через 2 часа Коломан снял охрану моста с правой стороны и пору-
чил юношам как можно быстрее переправить захваченный скот на ле-
вую сторону и гнать его к поселению Коломана. Расстояние в 10 миль 
они должны были пройти до конца короткого зимнего дня, что остава-
лось под большим сомнением.
Вслед за скотом под надежной охраной двинулись повозки с до-
бычей.

Все это время заболотинцы дрожали от страха и возбуждения. 
Ежеминутно они ждали стремительного штурма укреплений. В отбле-
сках зари никто даже не заметил огня и дыма от сожженных домов в 
Иллинцах. Стадо перегоняемого скота и повозки с добычей вызвали у 
защитников непостижимую волну непонятного раскаяния, и они ре-
шили сдаться.
К проезжавшим мимо готам из ворот За Болотом вышли безоруж-
ные люди.
Всадники остановились.
–– Мы хотим говорить с Коломаном! –– закричал кто-то из забо-
лотинцев. 
–– Я – Коломан. Что вам от меня надо? –– Коломан, а за ним Зи-
гисрайн и Торвалд выехали вперед.
–– Мы хотим говорить только с Коломаном! –– настаивали забо-
лотинцы, так как ни один из этих трех воинов ничем не отличался от 
остальных.
–– Повесить их! –– Коломан жестом указал своим. 
–– Не надо! Мы добровольно сдаем За Болотом и просим от тебя 
милости и покровительства. 
Коломан остановил своих воинов. 
Зигисрайн и Торвалд насторожились: "Это западня! Нас всего 
лишь 20–25 человек. Они заманят нас за валы и без труда перебьют! 
Там у них 200–250 воинов!"
–– Какой милости? –– строго спросил Коломан. 
–– Мы сдаем За Болотом и просим твоей защиты и покровительст-
ва… 
"Вчерашние слова Семака. Сам он или кто-то из его людей под-
сказал заболотинцам, как себя вести", –– верно определил он. 
–– … 10-ю часть от прибыли мы обязуемся отдавать тебе. Позволь 
нашим инакомыслящим уйти из За Болотом, –– продолжал один из 
старших заболотинцев.
–– Хорошо, –– согласился Коломан. –– До конца дня они могут 
покинуть За Болотом. Я их не буду преследовать. С завтрашнего дня в 
За Болотом вводится новый закон. Отступившие от него, будут строго 
наказаны. Дайте мне 3-х заложников из семей самых состоятельных 
людей и обеспечьте их пищей. Возвращайтесь в поселение и объявите 
мое слово!
Заболотинцы ушли. 
Не прошло и часа, как в сторону Синяты растянулась колонна бе-
женцев.
–– Коломан, не входи в поселение, –– посоветовал ему Торвалд. –– 
Нас слишком мало. 
–– Вижу, –– согласился с ним Коломан. –– Собери всех людей. Мы 
должны проехаться по За Болотом и утвердить тут свое присутствие.
Подъехал Матей со своими юношами. 
–– Все равно мало, –– покачал головой Торвалд.
–– Растянитесь! –– Коломан возглавил их.
Готы въехали в поселение и остановились на площади перед до-
мом ясаула.
Вокруг суетились беженцы.
Коломан спешился и в сопровождении Зигисрайна, Торвалда и 
Матея вошел в дом ясаула. У входа на страже заняли пост 2 охранника. 
Коломан быстро обошел дом и спросил у своих:
–– Кто хочет остаться тут?
–– Я останусь, –– предложил Торвалд.
–– Нет, ты мне нужен, –– возразил Коломан.
Остававшиеся в За Болотом готы подвергались серьезной опасно-
сти не только со стороны заболотинцев, но и со стороны пострадавших 
сегодня иллинцев.
–– А кто? Я останусь, –– настаивал Торвалд.
–– Нет.
–– Не беспокойся, Коломан. Все будет хорошо. 
–– Нет, –– твердо ответил он. –– Я оставлю тут свой топор. А зав-
тра сюда вернется Зигисрайн с отрядом пеших воинов.
Они вышли из дома.
От седла лошади Коломан отстегнул свой боевой топор и с силой 
вогнал его в створку двери.
Готы сели на лошадей и уехали.
Жадность и непреодолимая жажда наживы сарматов хорошо всем 
известны, но грозное предупреждение, воплощенное в топоре Колома-
на, не позволило им разграбить покинутый дом ясаула.

Только поздней ночью колонна с награбленным добром и скот 
прибыли в поселение Коломана. До утра добычу свалили во дворце 
Коломана, а скот разогнали по дворам.
Утром произвели раздел награбленного.

Зигисрайн с усиленным гарнизоном обосновался за валами За Бо-
лотом и вскоре оказалось, что вместе с поселением к готам отошла 
большая территория с маленькими хуторами вплоть аж до Синяты.
Ясаул Синяты Боов забеспокоился: готы в 1,5 милях от его посе-
ления! На помощь он призвал всех подвластных ему людей и соседей. 
Собрав отряд всадников почти в 200 человек, Боов решил отобрать у 
готов За Болотом. Непроходимое болото и начавшееся потепление по-
зволяло использовать только 2 пути: прямую дорогу от Синяты в За 
Болотом и дальше в поселение Коломана – значительно улучшенную 
еще римлянами, – и тропинку вдоль Прута. Весной и в начале лета 
проливные дожди делали За Болотом, находившееся на невысоком 
бугорке, практически непреступным.
Зигисрайна предупредили о приготовлениях Боова. На пути сар-
матов он выставил заслон из своих пеших воинов. Не успели всадники 
Боова пересечь границу его владений, как туча стрел смела их передо-
вые ряды. Сарматы отошли, пополнили поредевшую группу всадников 
и снова ринулись вперед. Стрелы готов остановили их.
Оказалось, что луки и стрелы готов отличались от сарматских ве-
личиной и силой, с которой их натягивали. Готские стрелы летели на 
15–20 шагов дальше и это давало ощутимое преимущество.
Потеряв более 30-и убитыми, сарматы отошли.
На тропинке у реки схватка закончилась в несколько минут. Из 50-
и всадников Боова ушли только 37.


4

Последние события обошли Матея стороной.
В отданном ему отцом поселении, с тоской, он дожидался совер-
шеннолетия. В подготовке строительного леса для домов, расчистке 
места и расширения поляны Матей принимал лишь созерцательное 
участие. Число его воинов уменьшилось, но пришли их семьи. Всех 
людей необходимо было временно расселить и обустроить. Коломан 
четко определил им задание: к началу лета в поселение Коломана они 
должны отправить первый обоз в составе 5-и повозок с собственно 
испеченным хлебом и хорошим пивом. Отменить его повеление могли 
только особые обстоятельства, но на войну с сарматами можно было 
не рассчитывать.
После разгрома отряда Боова численность воинов Матея воспол-
нилась. Работами руководили Норнемарк и Бергер. С их опытом дела 
пошли лучше.
Матей не знал, чем заняться. Носить и обтесывать еловые бревна 
ему не позволяло его высокое положение, а рыться в земле – тем бо-
лее. Поторапливать и подгонять людей он еще стеснялся. Осмотрев все 
и потоптавшись без толку, Матей отправлялся обратно в поселение 
Коломана или ехал в За Болотом проведать Зигисрайна. Но тому было 
некогда. Незначительные стычки на границе с сарматами не прекра-
щались. Чтобы предотвратить их, поле сражения Зигисрайн перенес на 
территорию Боова. Его нападению подверглись хутора у Синяты и 
само Синята. Жертв почти не было. Угоняли скот и жгли дома слиш-
ком строптивых. Наконец на выгодных для Коломана условиях Боов 
запросил мира. 
Посещая За Болотом, Матей непременно проезжал возле хутора 
Семака.
Однажды он остановил лошадь и вошел в его дом.
–– А – ты, Матей! –– обрадовался Семак. –– Чем занимаешься? 
Может, помочь?
–– Нет, мы сами управимся. –– Рассказывать о строительстве на 
пепелище Семака Матей счел безнравственным. –– А ты – как?
–– Ничего особенного. Ждем весну.
Сразу расспрашивать об интересующих его Таблицах Судеб Ма-
тей не решился.

Через несколько дней он снова приехал к Семаку и, не без стесне-
ния, спросил:
–– Что ты еще знаешь о Таблицах Судеб?
–– Таблицы Судеб – это то, что мы называем богом. Это – инерт-
ный, неодушевленный объект, способный накапливать в себе объемы 
колоссальной информации. Посредством сновидений в подсознании 
человека этот объект может воспроизводить картины прошлого или 
моделировать элементы далекого будущего. 
–– Это твои… –– Матей не нашел подходящего слова, чтобы выра-
зиться.
–– Это мои исследования. –– И, увидев на лице гостя маску со-
мнения, Семак спросил: –– У тебя есть цель в жизни?
–– Да. –– Матей недоверчиво посмотрел ему в лицо. –– Я ищу ис-
тину и смысл жизни.
Не только у всех готов, но и у ближайших родственников и друзей 
такой ответ вызывал снисходительную улыбку.
Семак удивился:
–– Прямое и точное определение, что собой представляет истина, 
ты можешь найти у Будды. В той же строке ты найдешь смысл жизни. 
Но, добыв эти знания, ты станешь совершенно другим человеком, и 
все радости и несчастья этого мира для тебя могут пройти стороной. 
Не торопись: всему свое время. Знаешь, в сарматском переводе эта 
мысль Будды теряется. На латыни и койне – тоже. Высказывания Буд-
ды я читал на санскрите и, когда нашел истину, получил истинное 
удовольствие. В египетской "Книге Мёртвых" истина звучит проще. 
–– Ты можешь открыть ее мне?
–– Нет. Каждый должен найти ее сам. Знание истины может са-
мым непостижимым образом повлиять на твою судьбу. –– Он вспом-
нил: –– Изречение Будды о смысле истины слово в слово и наизусть я 
процитировал только одному человеку и тут же пожалел. Хорошо, ес-
ли он меня не понял. Знание истины делает нас лучше и добрее к лю-
дям и, в то же время, сами мы теряем радость и теплоту. В большинст-
ве случаев, нас просто не понимают.
–– А что тебе дало знание истины? –– спросил Матей.
–– Кроме неприятностей, пожалуй, ничего, –– уверенно ответил 
Семак. –– Тот, кто познал мудрость древних, становится…
–– … не от мира сего, –– подсказал Матей.
–– Да, –– согласился с ним Семак. –– Сегодня я могу определить 
уровень интеллекта любого человека.
–– Как?
–– Нет ничего проще. Подойди к нему и спроси о его цели жизни.
–– Как ты спросил у меня?
–– Да.
–– И какой у меня уровень интеллекта?
–– У тебя слабый уровень, но потенциальные возможности очень 
высокие. Тех, кто пытается найти истину, в ближайшей округе нет. Ты 
– один из многих тысяч.
–– Обычно, если спрашиваешь о цели жизни, люди отвечают: "По-
строить дом, вырастить детей и посадить дерево".
–– Верно, –– подтвердил Семак.–– А как ведут себя животные? 
Что является их главной целью жизни? У белочки: найти удобное дуп-
ло, родить и вырастить малышей, а, собирая шишки, разносить семена 
деревьев и кустов по всему лесу. У утки: свить надежное гнездо, выси-
деть яйца и вырастить малышей, перенести семена растения или водо-
рослей в другой, более отдаленный водоем. А растения? Семена расте-
ний с помощью ветра, животных и людей находят благоприятную поч-
ву, пускают корни и ростки, вырастают, расцветают и порождают де-
сятки и сотни таких же семян. Так чем твой человек отличается от 
них? Тот, кто ответит на наш вопрос: "Моя цель жизни: построить дом, 
вырастить детей и посадить дерево", по интеллекту – не выше, чем 
животное. Это – раб. Он ничем не отличается от обычного скота.
–– Нет. Это уж слишком, –– запротестовал Матей. –– По-твоему, 
вокруг нас – одни только скоты? 
–– Да, –– не уступал Семак. –– Их ничего не интересует, а только – 
что пожрать и с кем переспать. Скоты!
–– Но среди этих скотов…
–– Да, среди этих скотов есть выдающиеся личности. Без труда 
они находят другой путь.
–– Какой?
–– Второй путь – для сознательных людей. Что человеку надо? 
Что тебе надо?
–– Мне? –– переспросил Матей.
–– Да, тебе – в ближайшие дни? –– уточнил Семак.
–– В ближайшие дни – стать взрослым.
–– Зачем?
–– Чтобы получить право гота.
–– Я не гот и мне это ни к чему. Хорошо, совершеннолетие. А по-
том?
–– Я стану воином. Отец дал мне 20 воинов.
–– Это мало или много?
Матей отвел глаза в сторону:
–– 20 воинов – это мало.
–– А сколько надо?
–– 1000-у, 10 тысяч.
–– Итак: первое – тебе нужна независимость или свобода.
–– Да, –– согласился с ним Матей.
–– Второе – тебе нужна власть.
–– Да, –– подтвердил он.
–– Добыв независимость и власть, все люди ищут бессмертия, –– 
четко определил Семак. –– А бессмертия – нет.
–– Тогда, все это теряет смысл.
–– Нет, у нас остается истина. Что надо, чтобы добиться независи-
мости? –– спросил Семак.
–– 1000-у воинов, –– попытался угадать Матей.
–– Пусть так, но как их удержать?
–– Войной и хорошей добычей.
–– Чтобы стать независимым, нужны деньги. За деньги ты купишь 
все, в том числе и 1000-у воинов. Сколько денег нам нужно для полной 
независимости? Для полной независимости и свободы тебе нужны 100 
тысяч римских денариев. То есть 100 тысяч денариев – это независи-
мость. 100 тысяч денариев – это власть, огромная власть. На них ты 
можешь нанять целую армию и основать свое новое государство.
–– А Таблицы Судеб? –– Матей вернулся к предыдущему.
Чуть призадумавшись, Семак ответил:
–– Таблицы Судеб – это самый древний и неисследованный след 
внеземной цивилизации.
–– След богов?
–– Да, это след богов.
–– Где найти этот след?
–– Это не так просто, –– предупредил Семак. –– Давно, очень дав-
но, когда Солнечная система только зарождалась, внеземной разум 
создал тут информационный накопитель. Я думаю – это шар или игла. 
Шар и игла – это идеальные формы для записи информации. Если на 
иглу наматывать даже очень тонкую нить, то через какое-то время она 
превратится в шар.
"Что можно записать на тонкой стальной игле? Свое имя? И то – с 
трудом!" –– подумал Матей.
Семак заметил его недоверчивую улыбку, но продолжил:
–– С этой иглы мы можем считывать информацию о прошлом и о 
будущем.
–– И я должен верить в эти сказки? –– Матей откровенно улыб-
нулся.
–– Нет. Сказки люди сочиняют сами. Наша информационная игла 
или наш информационный объект способен с большой точностью мо-
делировать картины будущего. Это что-то напоминающее шахматную 
доску, только игровых клеток на ней не 64, а несколько миллиардов, и 
столько же фигур. Среди бесчисленных вариантов и комбинаций наша 
игла выбирает самый оптимальный. Шахматная клетка иглы – это со-
вокупность фона времени, географического положения, всевозможных 
природных обстоятельств и склонностей отдельного человека, его 
врожденных данных и потенциальных устремлений. Шахматная доска 
иглы – это для простого, примитивного объяснения. Наше будущее 
игла моделирует с невероятно большой скоростью, практически мгно-
венно.
–– А может, игла – это бог, который руководит нами? –– предпо-
ложил Матей. 
–– Нет, я так не думаю. Игла абсолютно инертна. Она обладает 
только огромной информацией. Посредством сна, игла способна вли-
ять на отдельного человека. А первыми информации иглы коснулись 
мудрецы Древнего Шумера и назвали ее Таблицы Судеб.
–– А я думал, что Таблицы Судеб – это глиняные таблички вави-
лонян или древняя папирусная книга египтян, на которых точно указа-
но о судьбе каждого человека. Например, запись обо мне: "Матей, сын 
Торвалда, гот. Родился в таком-то году, стал взрослым, женился, стал 
…, принес людям …, умер в таком-то году". Умер? Я бы не хотел уми-
рать. Что о бессмертии говорят Таблицы Судеб?
–– Таблицы Судеб утверждают, что обладающий ими становится 
бессмертным и может все, что угодно. Одновременно, они сообщают, 
что бессмертия не существует.
–– А как твой информационный накопитель?
–– Игла рассчитана на 500–600 миллиардов лет. Уничтожить ее 
практически невозможно. Ее найти не так-то просто.
–– Может, ее вообще нет? –– спросил Матей.
–– Вполне возможно, –– согласился Семак.
–– А Аджи Дахака видит иглу?
–– Нет. Игла – в нем. Она в его непосредственной среде.
–– Сколько может прожить человек? В "Библии" первые люди жи-
ли по 900 лет.
–– Обычный человек живет 50–55 лет, а библейские сказки – это 
всего лишь древняя мечта каждого человека. Но, проникнув в буду-
щее, каждый из нас может узнать, что для поддержания тела на уровне 
своих 20–25 лет необходимо подвергать его специальному омолажи-
вающему излучению и принимать вовнутрь рекреационную жидкость. 
Тогда твое тело становится практически бессмертным. Излучение и 
жидкость выводят из него все отработанные шлаки. Кожа и мышцы 
набирают своей прежней пластичности, органы очищаются, а мозг и 
кости не загрязняется тяжелыми элементами . Накопившиеся в теле 
живого существа тяжелые элементы являются непосредственной при-
чиной его старения и смерти. И только полностью устранив допуск их 
в свой организм, человек станет бессмертным. Умереть он сможет 
только в силу сложившихся обстоятельств, но не от старости. От ста-
рости на земле еще никто не умирал. Умная машина из далекого бу-
дущего распишет тебе жидкость по ее естественным природным со-
ставляющим и их необходимо всего лишь запомнить и, проснувшись, 
записать. По этому перечню ты можешь изготовить эту жидкость у 
себя дома. Но с излучением – намного сложнее. В природе таких лучей 
не существует, а изготовить детали и собрать излучатель в наших ус-
ловиях не представляется возможным.
–– А пирамиды? –– вслух подумал Матей.
–– Пирамиды? –– переспросил Семак. –– Древние египтяне счита-
ли, что в определенных условиях пирамиды могут рассекать время.
–– Как? –– живо заинтересовался Матей.
–– Они построили пирамиды, но добровольно при жизни никто ос-
таться в ней не решился.
–– А воскрешение, преисподняя, рай, души, боги, Валхалла и Ков-
чег Одина скандинавов?
–– И все остальное – это всего лишь достояние философии и фан-
тазии наших жрецов, ничем не обоснованные и не подтвержденные. 
Воскрешение?! Кому оно нужно, кроме умирающего? Кому нужны его 
истлевшие кости? Только живущей на них плесени. Преисподняя, рай 
или Валхалла? Души и боги? У человека нет души, а всех богов погло-
тил Аджи Дахака. Но сам Аджи Дахака по отношению к нам – инерт-
ный фон. Он не враждебный и не дружественный. Но его могущество 
невообразимо велико. Это – вся Наша Вселенная.
–– А перевоплощения?
–– Перевоплощения? –– переспросил Семак. –– Сегодня может 
перевоплощаться только Аджи Дахака, но это ему ни к чему. Его по-
стоянная среда – это фон времени, излучение или гравитация. Настичь 
свою жертву Аджи Дахака может практически мгновенно на любом 
расстоянии, но в Нашей Вселенной у него врагов нет.
–– Я …
–– Не говори глупостей, –– перебил его Семак. –– Все, что есть у 
нас, все – от Аджи Дахака. Но уйдет он и ничего не изменится.
–– Ты читал Таблицы Судеб?
–– Да.
–– Как?
–– Во сне. Наши сновидения – это искаженная проекция из какого-
то кольца информационной иглы. Заметим, хаотическая проекция, на-
кладывающаяся одна на другую. Что-то очень похожее на наше отра-
жение в зеркале, но на более высоком уровне. Днем информация исхо-
дит от нас. Ночью во сне или потеряв сознание, человек неподвластен 
собственной воле. В таком состоянии, посредством любого шарооб-
разного объекта или линзы наш мозг способен воспринимать запись на 
информационных слоях иглы. Шарообразным объектом или линзой 
нам могут послужить глазное яблоко, зрачок и даже глазные раковины 
в черепе. Для хорошего восприятия информации наш шар или линза 
должны быть идеальной формы. Только тогда достигается нужное по-
падание во времени, при чем – с большой точностью.
–– Ты берешь шар в руку?
–– Я ложусь в ванну с теплой водой, беру шар в руку, выпиваю не-
сколько глотков контактной жидкости и под голос моего ассистента 
засыпаю. Ванна с теплой водой позволяет увеличить объем информа-
ционного потока. Шар в руке – это иллюзия, позволяющая осознать, 
что игла, то есть Таблицы Судеб, в твоей власти или в твоей руке. Шар 
– это дополнительная линза во времени. Контактная жидкость позво-
ляет быстро уснуть, хорошо помнить, что тебе нужно, и, вернувшись 
обратно, вспомнить увиденное.
–– Что это за жидкость? –– спросил Матей.
Семак развернулся, на полке просмотрел тубусы с рукописями, 
один из них открыл, развернул лист пергамента и протянул Матею.
Тот прочитал:
–– "Состав контактной жидкости:
1. Айва (свежий сок)		– 1000 капель.
2. Вино одуванчика		–   500.
3. Лист капусты (сок)		–     50.
…
31. Молоко козье		–     10.
32. Яд  змеи			–       1".

Весь перечень он читать не стал.
–– Можешь переписать его себе, –– предложил Семак.
–– Хорошо. Я потом.
–– Все перечисленное вливать в стеклянную посуду в строгой по-
следовательности и точно по счету. Потом перемешать и разделить на 
4 части. Пить – по 1-й части, но не чаще 4-х раз в месяц. Потом выпить 
противоядие. Иначе, можно отравиться. Сеансы сновидений лучше 
всего проводить в полнолуние: создается какой-то гравитационный 
эффект, улучшающий видимость информационного слоя, точнее его 
восприятие.
–– А перевоплощения? –– спросил Матей.
–– Да, возможны, –– ответил Семак. –– Но только в далеком бу-
дущем. Очень далеком.
–– А нельзя ли эту информацию о перевоплощениях прочитать в 
будущем и разложить по элементам, как твою жидкость контакта?
–– Я думаю, можно. Но обратного перевоплощения человеку бу-
дет трудно добиться.
–– Таблицы Судеб или информационный накопитель могут отве-
тить на вопрос: "Почему это – я, а не кто-то другой? Почему именно 
я?"
–– Нет. На такие вопросы накопитель ответа не дает.
–– А наши пророки?
–– Я не понимаю слова "пророк". –– Семак пожал плечами. –– 
Можешь ли ты считать пророком того, кто свои сновидения преподно-
сит глупой толпе как нечто, ниспосланное ему богом? Таких людей я 
называю лжецами, потому что ничего, кроме смятения и пустых на-
дежд, они людям не несут. Может ли пророк говорить что-либо о бу-
дущем, не зная своего прошлого? Кто-нибудь из этих лжепророков мог 
объяснить Начало Мира, когда не было ничего? И по сей день люди 
находят кости когда-то вымерших гигантских животных. Кто из про-
роков мог четко объяснить, откуда они взялись и почему вымерли? 
Император Август на своей загородной вилле собирал их кости и пы-
тался сложить из них скелеты, но увидел бы он живых гигантов! По-
чему они все погибли? Когда появился первый человек? В прошлое, 
дальше, чем на 5–6 тысяч лет ни одно из наших учений не уходит.
–– Когда появился первый человек? –– прямо спросил Матей.
–– Человек – это результат полового контакта обычной обезьяны с 
внеземным высокоразвитым существом. Первый контакт произошел 
более 4-х миллионов лет тому назад, а последний – около 12-и тысяч 
лет.
–– На Земле остались какие-то их следы?
–– Нет. От них не осталось даже пепла. Кроме этого, –– продол-
жил Семак, –– никто из лжепророков не смог предугадать или избе-
жать своей собственной смерти. Все их предсказания – одни бредни.
–– Почему я должен верить тебе? –– возмутился Матей.
–– Ты спросил у меня о Таблицах Судеб. Редко кто спрашивает об 
этом. Все считают, что это магия, колдовство и еще что-то в этом роде. 
И все боятся. Чего? Неизвестности. Ты знаешь, что собой представляет 
любая религия? С помощью религии сильные мира сего держат скотов, 
то есть обычных простолюдинов, в повиновении. Если ты знаешь не-
много больше, чем остальные, то лучше молчи, потому что люди не 
любят таких и в тот же час выгонят тебя со своего собрания.
–– В "Библии" христиан есть такие слова: "И станут муж и жена 
одной плотью". Как это понять?
Семак просмотрел свои рукописи, развернул одну из них и проци-
тировал:
–– "И станут в царстве Небесном муж и жена одной плотью". Это 
из "Евангелия от Матвея", (19:5). –– Семак пролистал еще одну руко-
пись:  –– Впервые эта мысль высказана в "Бытии": "И станут две плоти 
одной", (2:24). Это одна из самых интересных строк "Библии".
–– Ты читаешь "Библию"? –– удивился Матей.
–– Я прочитал "Библию" и пытаюсь найти в ней что-то интерес-
ное.
–– И как успехи?
–– Ею не следует увлекаться, –– уклонился от прямого ответа Се-
мак. –– Когда-нибудь мужчина и женщина воссоединятся в одно суще-
ство. Это существо станет невероятно могущественным. Я думаю, это 
дракон.
–– Второй Аджи Дахака?
–– Нет. Немного проще. Маленький дракон. Но наш маленький 
дракон сможет противостоять Аджи Дахака.
–– А разве Аджи Дахака угнетает нас?
–– Нет, конечно. Он защищает нас от злых богов чужих вселен-
ных.
–– Каким образом мужчина и женщина смогут воссоединиться?
–– Для этого необходимо всего лишь найти идеальную пару.
–– Какую?
–– Это мужчина и женщина, которые никого не убили, никогда не 
предавали друг друга и взаимно любящие.
–– Так просто? –– усомнился Матей.
–– Все гениальное – это все простое. Это заложено в нас нашим 
подсознанием. Женщина – заметь, женщина – должна войти в мужчи-
ну, словно в свою одежду. Но потом – берегись! Если нашего малень-
кого дракона обнаружит Аджи Дахака, его ждет … –– Семак дал по-
нять: неминуемая смерть.
–– Я бы мог полистать Таблицы Судеб?
–– Да. Приходи через 3 дня: будет полнолуние, и к тому времени я 
подготовлю ванну, –– предложил Семак.
Матей поднялся из-за стола, поблагодарил хозяина и вышел.
"Странный он, –– думал он, возвращаясь в свое поселение. –– На 
его месте, я бы затаил кровную обиду и в удобный момент отомстил. 
Странный, но интересный. Если все это правда…"
Но 3 дня его мысли были отвлечены другим.


5

В поселении Балка, что на полпути между За Болотом и Городом 
Дэнка, произошли волнения. Сарматы прогнали отряд Коломана, со-
биравший с них дань.
Узнав об этом, в Балку Коломан направил Зигисрайна. В помощь 
себе тот взял Матея и его воинов.

Поздним утром в 22-й день марта 42 всадника, не торопясь, въеха-
ли в Балку.
Остановились они у дома наместника ясаула Бога Помиловал, но 
его в нем не оказалось, а только – жена и младший сын. Их не стали 
допрашивать.
Кто-то из соседей услужливо предложил:
–– Я знаю, где они! Едем, я покажу!
–– Кто они? –– спросил Зигисрайн.
–– Наместник ясаула Бог Помиловал и его дочери-красавицы. –– 
По всему было видно, что сосед вызвался помочь готам не из добрых 
побуждений, а чтобы стало плохо Богу Помиловал и его семье. Зависть 
и злорадство переполнили его и отразились на лице.
Без труда Зигисрайн угадал в нем подлого и ничтожного человека.
–– Повесить его! –– не задумываясь, приказал он.
–– Как?! За что?! –– возмутился сосед, но крепкие руки воинов 
легко подхватили его, отволокли к одиноко стоявшей черешне и спус-
тя минуту тело безжизненно болталось на перекинутой через ее ветку 
веревке.
Устрашившись смерти соседа, жена Бога Помиловал обняла сына.
–– Мы ничего не скажем! –– заявила она.
–– Я что-то у вас спрашиваю? –– С первого взгляда Зигисрайн 
оценил ее красоту: "Такой красивой женщины я еще не видел! Сколько 
ей? 30–31 год?" Он повернулся к Матею: –– Их я поручаю тебе. Найди 
для них какое-то безопасное место.
Зигисрайн махнул рукой воинам. Они сели на лошадей и вслед за 
ним ускакали.
Матей остался один.
"Что мне с ними делать? Отвести в За Болотом? Да, это лучше все-
го", –– размышлял он:
–– Соберите свои вещи. Я отведу вас в За Болотом.
Жена и сын Бога Помиловал быстро собрались, дом оставили под 
присмотр родни и пешком направились в За Болотом.
Матей ехал впереди. Время от времени он придерживал лошадь, 
давая пленникам опередить себя. "Если они побегут, я… Я их… Ах, 
да! Убить я их не могу! Но если они побегут, сначала я догоню парня, 
а потом – ее. Я догоню ее и… Она упадет на мягкий бугорок мха. Ее 
платье задернется и я увижу, какие у нее ноги. Должно быть, они вос-
хитительные! Нет, я не сделаю ей ничего плохого. Я даже не стану 
смотреть на ее обнаженные ноги! У нее очень красивое лицо и краси-
вые волосы…" Ему очень хотелось поговорить с ней, но он не знал о 
чем.
–– Можно, мы отдохнем немного, –– попросила она после 30-и 
минут пути.
–– Да, –– разрешил он.
Они уселись на кочку прошлогодней высохшей травы у обочины 
дороги.
Матей спешился и сел рядом.
–– Вот туда, по тропинке, наш хуторок, –– указала она на еле за-
метную тропинку, уходившую в лес. –– 5 минут ходьбы и мы – там.
"А в За Болотом мы придем только к вечеру! Если вообще при-
дем!" –– подумал Матей.
–– Идем в хуторок? –– спросила она.
–– Идем, –– согласился он.
Они поднялись и через несколько минут вошли в небольшой хуто-
рок.
Тут было 5–6 вполне приличных домиков и столько же больших 
сараев для скота. Все это огораживал простой забор, собранный из 2-х 
поперечных жердей на невысоких столбах, вкопанных в землю.
Их встретили дети, а потом к ним присоединились и взрослые.
Жена Бога Помиловал вкратце объяснила им, в чем дело, и хуто-
ряне искренне удивились их молодому и симпатичному охраннику.
–– Мне бы такого! –– улыбнулась ему одна из девушек.
Строгим взглядом жена Бога Помиловал пресекла шуточки и на-
правилась в самый лучший из домиков. По всему было видно: она тут 
хозяйка.
Лошадь Матея отвели под навес, а ему предложили вымыть руки и 
в доме хозяйки усадили за простой, но быстро накрытый стол. При-
тронувшись к пище, с удивлением он заметил, что не голоден, хотя, 
время было как раз обеденное. Жена и сын Бога Помиловал сели ря-
дом с ним и только теперь Матей понял, что поддерживающая неведо-
мая сила исходит именно от этой женщины! От этой, очень красивой 
женщины!
–– Выпьешь вина? –– предложила она.
–– Нет. Я не пью, –– отказался он.
Сын Бога Помиловал не обращал на них никакого внимания. Он 
быстро справился с обедом и оставил их за столом.
В свою чарку она налила вина, отпила глоточек и налила ему.
Матей попробовал: "Кисловатое!" Глоточек за глоточком он вы-
пил чарку и им овладели безумные страсти: "Интересно, а если ее раз-
деть? Она будет сопротивляться? Что за глупости! Она замужем и у 
нее есть дети! Все! С этим покончено! Все!"
Он поднялся и вышел во двор. Обошел хуторок, заглянул в каж-
дый дом и осмотрел сараи. Ничего особенного.
Вернулся к хозяйке:
–– Где мне прилечь?
Она провела его в соседнюю, просторную комнату.
Он снял с себя плащ и лег на широкую кровать, застеленную теп-
лым одеялом.
Она оставила его одного.
Матей проспал 2 или 3 часа, а потом поднялся и вышел в коридор.
В обеденном зале было пусто.
–– Эй! Кто дома?
На его зов из своей комнаты вышла жена Бога Помиловал:
–– Хочешь поужинать?
–– Не знаю.
–– Сейчас я приготовлю.
Через несколько минут втроем они сели за ужин.
Матей старался не думать о ней, но ее обнаженные по локоть руки 
ослепительной белизной сверкали перед его глазами: она что-то на-
кладывала ему в миску. Невольная мысль овладела им: "Если у нее 
такие белые и красивые руки, то какие ноги? То какая …?" Не отрыва-
ясь, он следил за ее руками и за ее движениями. Почувствовал, что его 
чувства напряглись и стали подниматься. Решительно поднялся из-за 
стола и заявил:
–– Я хочу помыться!
–– Горячая вода будет через 1,5–2 часа.
–– Я – в холодной.
–– Слава, покажи ему нашу баню, –– попросила она сына.
Увидев холодное помещение бани, Матей пожалел о своем опро-
метчивом решении, но отступать было некуда.
–– Вот ведро, –– показал Слава, –– а вода – в колодце.
Матей зачерпнул полное ведро, отнес в баню, быстро разделся, 
поднял и опрокинул ведро воды себе на голову. Схватил полотенце и, 
дрожа от холода, вытерся.
Улыбаясь, Слава наблюдал за ним.
Матей оделся, и они вернулись к столу.
После холодной воды у него появился отличный аппетит. Жена 
Бога Помиловал его больше не смущала.
Но длилось это недолго.
Слава поужинал и ушел к себе.
Матей почувствовал, что теперь его чувства напряглись и вздыби-
лись, но повторно в баню идти он отказался.
Жена Бога Помиловал заметила его состояние, удивленно улыбну-
лась, прикрыла свои губы рукой и отвернулась. Справилась со своим 
смущением и с интересом посмотрела ему в лицо: "Господи, какие 
красивые у него глаза! Нет-нет! Так я утону в них!" –– забеспокоилась 
она.
Матей не отрывал от нее глаз.
Она налила в чарку вина и подала ему. Принимая, он коснулся ее 
руки и замер. Прикосновение обожгло их обоих. Она посмотрела в его 
глаза и безнадежно утонула в них. "Я хочу его! Я хочу… Я очень хочу 
его! –– носилось в ее мыслях. –– Нет, ни за что! Нет!" Своими глазами 
она впитывала его в себя.
Матей не смел пошевелиться. Этот чудесный миг длился целую 
вечность. Потом мелькнула мысль: "Нет! Она замужем! Это плохо!"
–– Поздно уже, –– заметила она.
Не сговариваясь, они поднялись и ступили к двери, натолкнулись 
друг на друга и замерли от охватившего их восторга: "Как здорово! 
Как восхитительно!" Матей поддержал ее и, обессилев, она прижалась 
к нему. "Нет, это плохо!" –– из последних сил боролся он.
Она вышла в коридор и остановилась у его двери.
"Войдет или нет?" –– подумал он.
Она приоткрыла дверь, коснулась его руки и прошептала:
–– Спокойной ночи!
Он кивнул ей, и она скрылась за дверью своей комнаты.
Матей разделся и лег под одеяло, но долго не мог уснуть.
До полуночи она ворочалась в своей постели: "Нет! Нет, ни за что! 
А почему бы…? Почему? Никто не узнает. Я быстренько".
Она потягивалась на постели, терлась бедрами о матрас и страстно 
вздыхала. Потом решительно поднялась и заглянула в его комнату:
–– Ты спишь?
Он не ответил, но непроизвольно шевельнул рукой.
Она закрыла за собой дверь и села рядом с ним. Погладила его ру-
ку, шею, поднялась к лицу. Подняла одеяло и нырнула под него.
"Это сон", –– подумал Матей, руками ощутил ее горячее тело, на-
валился сверху и отвел душу.
Сколько было раз он не помнил.
Они растворились в одном беспрерывном блаженстве.

Утром Слава нашел ее в постели гостя: Матей как раз вышел по-
дышать свежим воздухом. Возвращаясь, он наткнулся на Славу.
–– Когда я приду, чтобы тебя тут не было! –– Не закрывая за собой 
дверь, он вышел во двор, взял первую попавшуюся лошадь и ускакал.
Матей закрыл дверь и подумал: "Да, это отвратительно! Все! 
Больше этого не повториться!"
Она слышала, как вошел сын, но ей не хотелось признаваться. Ко-
гда он уехал, она поднялась, сама себе улыбнулась и, опустив глаза, 
привлекла Матея к себе. Он не посмел сопротивляться. Она раздела 
его и увлекла на постель. "Какая она?" –– Матей снял с нее нижнюю 
рубаху и его ослепила прелесть и красота ее обнаженного тела. Она 
навалилась на него сверху и овладела им. Насладившись, откинулась 
на подушки. Он отдышался, и ему захотелось еще. Еще и еще!
Она таяла от счастья. 
Он сел, усадил ее себе на ноги, посмотрел между ее ног и удивил-
ся: "Неужели она не чувствует, что из нее что-то капает? Капает 
моя…" Сильными руками за бедра он приподнял ее и надвинул на се-
бя.
Чувство беспокойства от слов Славы исчезло, и они снова забы-
лись.

Ближе к обеду они помылись в жарко натопленной бане, пообеда-
ли, сели на лошадей и поскакали в Балку.
Зигисрайн и его отряд расположились у дома Бога Помиловал.
–– Я тебя жду, –– объяснил он. –– Мы собрали дань и отправили 
ее Коломану. Чтобы впредь такого не повторилось, в заложники мы 
возьмем дочерей Бога Помиловал. Как они тебе? Нравятся? Старшая 
От Брата – моя, –– предупредил он.
Матей помог жене Бога Помиловал сойти с лошади, несколько ша-
гов провел ее к дому и остановился перед рослой и ослепительной кра-
савицей.
–– Это – Родная, –– подсказал ему Зигисрайн.
С интересом Родная рассматривала его.
"Она красивее своей матери", –– подумал Матей.
Они сели на лошадей и по дороге через Гвиздець направились в 
поселение Коломана.

Зигисрайн рассказал отцу о происшедшем, представил ему двух 
красавиц и заявил:
–– Я женюсь на дочери Бога Помиловал От Брата.
–– Это невозможно, –– сразу отклонил его устремления Коломан. 
–– Она очень красивая, но если ты женишься на ней, то потеряешь 
право наследования. Ты можешь жениться только на равной себе, на 
царевне, на дочери императора или на дочери одного из наших пред-
водителей. От Брата может стать только твоей наложницей.
Побаиваясь за Родную, Матей спросил присутствующего при этом 
отца:
–– А у нас – как?
–– У нас все проще. Мы из простого народа и предводителями или 
царями вряд ли когда-то станем, –– успокоил его Торвалд. –– Но же-
ниться на Родной ты сможешь только после совершеннолетия.
Матей и Родная переглянулись и друг другу радостно улыбнулись.


6

В 5-м часу дня 25-го марта Матей въехал в поселение Семака, спе-
шился и вошел в его дом.
–– А, это ты! –– обрадовался ему хозяин. –– Пойдем.
Он провел его в палатку.
Посреди палатки разместилась неглубокая ванна. Выложенная из 
хорошо подогнанных плит, она могла вместить только одного челове-
ка. Постоянно теплая вода в ней поддерживалась извне.
–– Вот, –– показал Семак. –– Попробуешь?
Матей приехал сюда с надеждой увидеть что-то необычное, но, 
взглянув на незамысловатые приготовления Семака, усомнился: "Уж 
слишком все это примитивно!"
Семак угадал его мысли:
–– Я не настаиваю. Необходимо раздеться, лечь в ванну и рассла-
биться. На бедра себе набрось полотенце. Я сейчас. –– Он вышел.
Матею расхотелось проникать в будущее и прошлое. Необустро-
енность палатки вызывала в нем чувство опасности. В его представле-
нии, это таинство должно произойти торжественно и приподнято, при 
блеске золота и серебра, с пылающими факелами, в сопровождении 
какой-то неземной и возвышенной музыки. Почти пустая палатка сви-
детельствовала о нищете и заброшенности. Сквозь полотняные стенки 
и крышу палатки проникал слабый солнечный свет.
Тревожные мысли мелькнули в его голове: "Так сарматы приносят 
свои кровавые жертвы богам! В этой ванне удобно зарезать человека, а 
кровь слить в ведро или в миску! Их боги жаждут человеческой крови? 
Семак сочтет меня трусом! Нет, я размозжу ему голову! Но чем? Чем-
то тяжелым". Матей оглянулся, но ничего тяжелого в палатке не на-
шел.
Попробовал воду рукой и немного успокоился. Не торопясь, раз-
делся, обвернул бедра полотенцем и сел в ванну.
Вошел Семак:
–– Ложись на спину и ни о чем не беспокойся.
Матей лег.
Вода охватила его до полупогружения.
–– Расставь руки в стороны.
Для головы и рук Матей нашел удобные каменные полочки.
–– Возьми шар.
В его левую руку Семак вложил идеально отполированный хру-
стальный шар. Шар так пришелся по его руке, словно лежал в ней це-
лую вечность! Ничего приятней в своей жизни Матей не держал.
–– Куда ты хочешь попасть?
–– Когда ничего не было.
–– Сейчас я дам выпить тебе контактную жидкость. Думай только 
о том, куда ты хочешь попасть, и о том, что в твоей руке – весь объем 
информации Таблицы Судеб.
Семак приподнял его голову, дал отпить из стеклянной чаши и 
стал приговаривать:
–– В моей руке – информация о всем прошлом и будущем. В моей 
власти – познать ее. Я проникаю в далекое прошлое, когда не было 
ничего… В моей руке – все…
Выпитое обожгло Матею рот и глотку, превратилось в приятную 
теплоту и накрыло глубоким и спокойным сном…

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
И оказался Ничем.
"Как хорошо! Как здорово! Ничего! Абсолютно ничего! Ничего 
тебя не беспокоит! Ничего не тревожит и не отвлекает! Какое блажен-
ство и какая прелесть!" Все это растянулось в одну беспредельную 
вечность. Никаких мыслей. Никаких желаний. Никаких движений. 
Ничего, хоть в какой-то, самой незначительной степени, что можно 
назвать "что-то". Так будет всегда. Так будет вечно…

Из его руки Семак сразу вынул шар, а спустя 10–12 минут дал по-
нюхать из флакончика.
Матей вздрогнул, а его лицо исказила гримаса ужаса. С трудом он 
открыл глаза и долго всматривался в потолок палатки. Потом сел и, 
наконец, узнал Семака.
–– Теперь ты знаешь, что ничего лучше и ничего прекраснее в ми-
ре нет.
–– Да. –– Матей не узнал своего собственного голоса.
–– За эти несколько минут ты прожил миллионы, нет – миллиарды 
лет невысказанного блаженства. Ты узнал, чем дышит сама Вечность, 
–– рассказывал ему Семак. –– Ты познал радость небытия. Ты постиг 
истоки истины.
–– Да, Семак. –– По мокрым щекам Матея текли слезы. –– Я туда 
хочу. Зачем все это?
–– Все мы туда хотим. Все мы были там раньше и туда уйдем в 
будущем. Успокойся.
–– Я успокоился.
–– Хочешь увидеть "Начало"?
–– Да.
Семак уложил его в ложе ванны, в руку сунул хрустальный шар и 
стал приговаривать:
–– В моей руке – информация о всем прошлом и будущем. В моей 
власти – познать ее. Я проникаю в далекое прошлое, в самое "Начало".
Расстроенный Матей ничего не повторял, а лишь прислушивался к 
его словам. Через минуту им овладел спокойный и глубокий сон…

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
И оказался Ничем.
"Как хорошо! Как здорово! Ничего! Абсолютно ничего! Ничего 
тебя не беспокоит! Ничего не тревожит и не отвлекает! Какое блажен-
ство и какая прелесть!" Все это растянулось в одну беспредельную 
вечность. Никаких мыслей. Никаких желаний. Никаких движений. 
Ничего, хоть в какой-то, самой незначительной степени, что можно 
назвать "что-то". Так будет всегда. Так будет вечно…
И вдруг эту благодать прорезала ослепительная молния!
"Что это?!" –– пробежало по всему Нашему Ничто и оказалось, что 
молния-время возникло от соприкосновения с соседним Ничто.
Откуда-то, из подсознания мелькнула и сразу растворилась четкая 
мысль: "25 миллиардов лет до новой эры. Какой-какой эры?!"
Еще оказалось, что рядом и вокруг него таких же Ничто – 2 или 3, 
10, 100, тысячи, миллиарды и бесконечное множество. Они соприка-
саются друг с другом, сильные пожирают более слабых, образуют 
большие скопления и целые ассоциации. От их взаимодействий обра-
зуется устойчивый фон, который мы называем Время.
Наше Ничто захлебывается в потоке Времени. Еще чуть-чуть – и 
оно утонет в этом Первобытном Хаосе. Оно перестало быть Ничем. 
Еще миг и…

Матей проснулся.
Он не хотел открывать глаза. Он не хотел верить, что безгранич-
ную благодать изначального покоя Наше Ничто безвозвратно проме-
няло на неуправляемые стихии Первобытного Хаоса. "Зачем?! Зачем 
все это и кому оно нужно?! Чья злая воля уничтожила эту идеальную 
гармонию?! Чья злая рука?!"
Матей еще долго бы возмущался, но Семак привел его в чувство:
–– Поднимись, вытрись и оденься.
"Зачем?" –– подумал Матей, открыл глаза, с трудом сел и с еще 
большим трудом спустил ноги и стал на теплый деревянный пол.
–– Тебе помочь? –– предложил Семак.
–– Я сам.
Чтобы не смущать его, Семак вышел, но через несколько минут 
вернулся:
–– Что-нибудь ты запомнил?
–– Да. –– Матей все еще находился под впечатлением увиденного.
–– Завтра придешь?
–– Да, –– односложно ответил он, вышел из палатки, сел на ло-
шадь и ускакал.
Остаток этого дня и ночь прошли для него в сомнениях. Он узнал 
благодать небытия и искренне огорчился, что не может остаться там 
навсегда. "Может, это благодать бога?" –– размышлял он.
Уединившись, Матей попытался вспомнить и проникнуть в нее 
снова.
С трудом дождавшись утра, он сел на лошадь, сделал несколько 
кругов вокруг поселения Коломана и в то же время, что и вчера, при-
скакал к Семаку.
–– Как ты? –– встретил его хозяин.
–– Мне плохо, –– сознался Матей.
–– Тебе тяжело.
–– Да.
–– Попробуешь еще? 
–– Да, –– согласился Матей.
Семак пригласил его в палатку.
Матей разделся и, как вчера, лег в ванну.
–– Что ты хочешь увидеть? –– спросил Семак.
Конечно, Матей мечтал окунуться в блаженство небытия еще раз, 
но, взглянув в лицо Семака, легко понял, что повторно тот ему этого 
не позволит сделать.
–– Когда вымерли гигантские животные? –– выбрал он.
–– Хорошо, –– согласился Семак и дал ему выпить своей контакт-
ной жидкости. –– Расслабься и повторяй за мной. В моей руке – ин-
формация о всем прошлом и будущем. Я проникаю в далекое прошлое, 
когда вымерли гигантские животные. Я…
Матей уснул.

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
Откуда-то, из полусознания мелькнула и сразу растворилась чет-
кая мысль: "64 миллиона лет до новой эры".
…Она очнулась.
Гигантский бронтозавр, лежавший рядом, оказался мёртвым.
"Что с ним?! Ему еще рано умирать?! Кто будет присматривать за 
нашими малышами?!" Самка бронтозавра коснулась его своей огром-
ной лапой, но умерший гигант никаких признаков жизни не подавал. 
Изнывая от скорби, она издала оглушительный рев, но все напрасно: 
ее друг ушел из жизни.
На высоту 40-а футов она подняла свою голову и осмотрела бли-
жайшую округу. "Не прячется ли в кустах какой-то враг?" Но их рядом 
не оказалось.
Более того, в своем несчастье она оказалась не одна. Больше де-
сятка огромных тел безжизненно лежали рядом с ее другом. Вокруг 
нее вяло копошились около 30-и бронтозавров.
"Но почему так холодно?!" Она посмотрела вверх на солнышко. 
"Еще недавно от него исходило радостное тепло, а теперь оно стало 
каким-то чужим, багрово-темным. Что с ним?"
Этой ночью от холода бронтозавры потеряли еще 10–15 особей. А 
что будет дальше?
"Двигаться! Только двигаться! Мое спасение в движении!" Всей 
своей огромной массой наша самочка попрыгала на месте и заторопи-
лась к ближайшим лесным зарослям. Проглатывая не пережевав, она 
стала набивать свое брюхо целыми стволами деревьев.
Утолив голод, оглянулась.
Совсем рядом из зарослей вынырнул хищный тираннозавр и на-
бросился на малыша бронтозавров. От неожиданного удара тот пова-
лился на бок. Тираннозавр перевернул его на спину, пытаясь дотянуть-
ся до тонкой шеи. Изо всех сил малыш отбивался.
 Обычно ни тираннозавры, ни кто-либо другой не рискуют напасть 
на 120-футовых гигантов. Внешне, они кажутся безобидными, но по-
пасть под их лапу или брюхо – это значит быть на смерть раздавлен-
ным. А ударом хвоста бронтозавр способен разрушить скалу! Малыш 
достигал длины 20–25-и футов и тираннозавр решился напасть на него 
от голода. Он сможет сожрать только незначительную часть от его 
массы, а остальное – бросит. Тираннозавру нужна только свежая, го-
рячая кровь, чтобы самому согреться.
Не предупреждая о приближении, наша самочка хвостом нанесла 
мощный удар по голове тираннозавра. Удар оглушил его и опрокинул. 
Вторым ударом наша самочка перебила ему позвоночник.
Малыш выбрался из-под погибшего хищника, радостно взревел и 
потопал к своим родителям.
"Но почему так холодно?! Может, в лагуне теплее?" Наша самочка 
спустилась в лагуну, с головой окунулась в ледяную воду и опрометью 
выскочила на берег. "В воде – лед! Но где же мне спрятать свои яйца?! 
На таком холоде они погибнут!"
Чтобы согреться, она побежала к своим.
Вот молодая пара бронтозавров вырыла в болоте ямку, она отло-
жила в нее 3 яйца, и они легли у краев ямки так, чтобы, обогревая их, 
не раздавить. Хорошо, что их – двое.
"Может, еще пожрать?" Наша самочка набила свое брюхо до отка-
за, выкопала в болоте ямку, отложила в нее 3 яйца и своим телом бе-
режно прикрыла их. "Ах, почему так холодно?! Я спасу наших малы-
шей. Во что бы то ни стало, спасу их!.."

Матей проснулся и содрогнулся. Такого ледяного холода никогда 
в своей жизни он еще не испытывал!
Но внутри палатки было тепло, тихо и уютно.
–– Еще куда-то? –– спросил Семак.
–– Потоп, –– Матей вспомнил из "Библии".
–– Потоп? –– удивился Семак.

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
Мелькнула четкая мысль: "Авив – день 5-й, 18-го года царя Иосии, 
то есть 26-го марта 622-го года до новой эры. Иерушалем".
–– "И измыслил Господь наш Эл Шадай потоп". Записал? –– спро-
сил первосвященник Хилкиа.
–– Да, –– помедлив, ответил писарь Шафан.
–– Дальше…
–– В вавилонском "Гильгамеше" о потопе сказано более тонко, –– 
заметил писарь.
–– Знаю. Напиши так: "И увидел Господь наш Эл Шадай, что рас-
тлились люди перед лицом Его. И сказал Господь наш Эл Шадай: ––
"Пришел конец плоти всякой на земле, и истреблю Я, Эл Шадай, их". 
Так лучше? –– спросил он писаря.
–– Рифмы нет.
–– И там плохо, и тут плохо! –– вспылил Хилкиа. –– Сам попро-
буй!
–– Может, перепишем из "Гильгамеша"?
–– Мы что, пишем историю Вавилона? Нет, мы пишем великую 
книгу нашего Бога. Она станет основным нашим законом.
–– А зачем нам потоп Гильгамеша? –– не понимал Шафан.
–– Хорошо, –– согласился с ним Хилкиа. –– Возьми новую дощеч-
ку.
–– А эту – стереть?
–– Подожди. Если мы сотрем все это, то что останется? Вавилон-
ского Гильгамеша наш народ знает как Нуха. Эл Шадай спас правед-
ного Нуха. Его семью и по паре животных в построенном им кораб-
ле…
–– У нас – книга закона или книга сказок? Кто нам поверит?
Писарь был прав, и первосвященник не стал ему возражать:
–– Хорошо. Сотри все.
Шафан стер.
–– Где мы остановились?
–– "И увидел Господь наш Эл Шадай, что велико развращение 
людей на земле…" –– напомнил Шафан.
–– Нет, потоп нам не следует выбрасывать. Все, что ты стер, за-
пиши еще раз, а завтра мы продолжим. Записал? –– спросил Хилкиа.
–– Да.
–– Все. На сегодня – достаточно. Иди домой. –– Он отпустил пи-
саря. Потом взял исписанную дощечку и прочитал: "Пришел конец 
плоти всякой, и истреблю Я, Эл Шадай, их с лица земли". Нет. "… Я, 
Эл Шадай, истреблю…" Так лучше. –– Хилкиа подбирал благозвучные 
варианты. –– "… Я, Эл Шадай, их истреблю…" Завтра? Да, завтра.
Оставив все, как есть, рядом он растянулся на матрасе, укрылся 
верблюжьим одеялом и сразу уснул…

… Матей проснулся.
–– Ты увидел, что хотел? –– спросил у него Семак.
–– Да. "Мы, первосвященник Хилкиа и писарь Шафан, собрали все 
это, перевели в рифму и записали в "Торе", –– Матей процитировал 
одну из первоначальных строк "Библии".
–– Нет, Матей. В современной "Библии" ты этого не найдешь, –– 
заметил Семак.
–– Стерли?
–– Очевидно, –– согласился с ним Семак. –– Еще?
–– Настоящий потоп?

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
Мелькнула четкая мысль: "26-е марта 521-го года до новой эры".
… Его разбудил кто-то из детей:
–– Отец, река разлилась так далеко, что того берега не видно.
–– И что? –– спросил он.
–– Идем! Дом Охотника сейчас смоет!
Нехотя, он поднялся и вышел из землянки.
Шум реки заглушал его шаги.
"Это – Прут", –– безошибочно угадал он.
Дождь беспрерывно лил вот уже 17 дней. Причем – один сплош-
ной дождь. Все оказалось в воде, и лишь небольшой островок возвы-
шался над этой темной и неуправляемой стихией.
На острове столпились около 60-и человек, и собралось множество 
домашних и диких животных. Все они перемешались и искали безо-
пасного места. Фут за футом стремительное течение реки смывало 
высокий берег. Деревья и кусты, дома и полуземлянки, все, что стояло 
на нем, падало вниз и исчезало в грозном водовороте.
Под проливным дождем он побежал к берегу.
Тут стояла толпа. Никто из них даже не пытался спасти богатый 
дом Охотника. Сам Охотник и его 5 взрослых сынов стояли рядом, а 
жена упала на колени и взывала к небу. Ей жаль было нажитого добра.
Но вот дом жалобно застонал и, зависшая над пропастью, его 
часть обрушилась. Темно-грязные воды реки подхватили бревна и с 
устрашающим рокотом унесли в преисподнюю. Даже мысленно по-
павший между бревен мог бы ужаснуться. Чуть дальше водоворот вы-
брасывал на поверхность разломанные на щепки остатки бревен. Сти-
хия не знала пощады. Попавший в нее больше не возвращался.
Уцелевший угол дома Охотника крякнул и развалился, а его брев-
на подхватила разбушевавшаяся река.
За его спиной чей-то насмешливый голос произнес:
–– А Охотники строили его 2 года! Теперь им придется жить в та-
кой же землянке, как у меня!
Он обернулся.
Старуха злорадно улыбнулась.
"Какие у нас злые и завистливые люди! –– подумал он. –– Этой 
старухе – 50 или 60 лет, и за всю свою жизнь она так и не нашла ни 
ума, ни счастья. Неужели, это и меня ждет?!"

Матей проснулся.
–– Удалось? –– спросил Семак.
–– Нет. Это не то. На всемирный потоп это не похоже.
–– На сегодня – все.
–– Я завтра приду, –– предупредил Матей, прощаясь.
–– Да. Приходи.

7

В Римской империи произошла смена правителя.
В ночь с 18-го на 19-е марта возле Могонцианума император 
Александр Север был убит взбунтовавшимися легионерами. Вместе с 
ним была убита его мать Юлия Маммея, фактически правившая импе-
рией. Из казны легиона исчезла крупная сумма. Вместе с ней исчез 
казначей Цистий.
Новым императором провозглашен Максимин Фракиец , раньше 
бывший простым пастухом, потом – легионером, возвысившимся при 
поддержке Септимия Севера , а при Элагабале  – ставший трибуном.
В считанные дни эта весть облетела всю Римскую империю и ее 
соседей.
Коломан, Торвалд и все готы были возмущены коварным убийст-
вом императора, хотя особых поводов для возмущений у них не было.
Александр Север по настоянию своей матери Юлии Маммеи, с 
помощью советника и одновременно префекта претория Ульпиана, а 
после его убийства – советника юриста Павла, обирали легионеров, 
выплачивая им жалованье низкопробными серебряными антонианами. 
В последние годы жалованье сократили почти в 1,5 раза и стали вы-
плачивать не монетой, а натуральными продуктами или частью из во-
енной добычи. В легионах начались волнения. С трудом их удалось 
подавить.
Александр Север вел успешную войну с алеманами, и это больше 
всего привлекало в нем готов. Нового императора они еще не знали.

С этими известиями Матей поспешил к Семаку.
–– Да, я уже знаю, –– ответил тот.
–– А нельзя ли что-то изменить? –– Матей сочувствовал погибше-
му императору.
–– Зачем? –– удивился Семак. –– Впрочем, можешь попробовать.
Матей лег в ванне на ложе и, выпив контактной жидкости, произ-
нес:
–– 18-е марта этого года. Могонцианум. Лагерь императора Алек-
сандра Севера…

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
Мелькнула четкая мысль: "18-й день марта 14-го года Александра 
Севера, то есть 18-го марта 235-го года. Могонцианум. Лагерь ХХII 
легиона Примигения".
… Казначей Цистий сладко потянулся и открыл глаза.
Короткий послеобеденный сон взбодрил его. "С самого утра – од-
ни только неприятности, –– подумал он. –– Мать цезаря Юлия взаймы 
попросила 1-у тысячу ауреусов! Где я их ей возьму?! Украду, что ли?! 
Нет, антонианами она брать не хочет. А кто хочет? 32-е тысячи анто-
нианов ее не устраивают, а 20 тысяч денариев – "еще посмотрим"! На-
глость и больше ничего! Отдам я ей эти 20 тысяч денариев, а то… И 
все требуют! Как – один! Все требуют выплату жалованья только на-
личной и высокопробной монетой! И все угрожают! А что я могу? Но 
этого хама Базилевса я терпеть не могу! Мерзавец! При всем народе он 
схватил меня, вывернул руки и чуть не вытряс из меня душу! Нет, его 
люди получат деньги в самую последнюю очередь! Нет, ему я вообще 
ничего не дам! Ни завтра, ни послезавтра!" Злопамятный Цистий искал 
случая, чтобы отомстить обидчику.
Встряхнувшись, он поспешил в казначейство. У двери казначейст-
ва от мрачных мыслей его отвлек сборщик налогов и сопровождавший 
его декурион.
–– Сколько собрал? –– спросил Цистий.
Сборщик налогов назвал какую-то незначительную цифру, но ка-
значей ее не запомнил: "Мелочь".
Вдвоем с учетчиком они взвесили мешочки с монетами, развязали 
их и пересчитали. Цистий расписался и поставил печать казначейства, 
а расписку отдал сборщику налогов.
"Сегодня – одни только расходы. Вся эта мелочь не составит и 
1/10 от затребованного Юлией. 1/10? Нет – 1/100. А где их взять?" 
Цистий переживал и беспокоился, будто это его собственные деньги.
Пришли еще несколько сборщиков налогов, мелкие просители и 
вместе с ними центурион Базилевс.
"Сволочь! –– подумал казначей. –– Если он еще раз посмеет …, я 
вызову стражу! Нет, я возьму стиль и выколю ему глаз! И что за гадкая 
рожа! А имя – Базилевс! Царь хамов и скотов!"
Центурион почувствовал исходившую от Цистия угрозу и ушел.
Цистий облегченно вздохнул. С оставшимися просителя он стал 
великодушен и даже щедр. Большинство из них получили затребован-
ное. 
–– Император! –– из-за распахнувшейся двери предупредил ле-
гионер.
Присутствующие поспешно поднялись.
Широким шагом в сокровищницу казначейства вошел Александр 
Север.
–– Как наши успехи? –– спросил он.
–– Не очень… –– неопределенно ответил казначей.
–– Как это "не очень"?! Должно быть хорошо. Можем ли мы за-
держивать выплату честно заработанных людьми денег? Конечно, нет! 
Мы должны быть благодарны этим людям за оказанные услуги. А как 
с выплатой пенсионов? –– Император прекрасно знал, что в последнее 
время делалось все, чтобы отсрочить эти выплаты.
–– Плохо. У нас плохо со всеми выплатами. –– На глазах у публи-
ки казначей не стал лгать.
–– Как "плохо"?! –– наиграно изумился Александр Север. –– Цис-
тий, ты меня удивляешь! Зачем я тебя сюда назначил? Чтобы блюсти 
наши интересы. Интересы империи. У кого-то есть срочное дело? –– 
обратился он к народу.
–– Нет-нет! Все хорошо! –– засуетились те.
–– Тогда я вас не задерживаю. –– Жестом император дал понять, 
чтобы их оставили наедине. 
Посетители, просители, учетчики и помощник казначея поспешно 
вышли. Только за дверью кто-то из них осмелился высказаться:
–– И ему нужны деньги!
–– Интересно, сколько?
–– Очевидно, много!
Они разошлись, а у двери на страже остались только 2 легионера.
–– Цистий, мне нужно 1000 денариев, –– заявил император. –– 
Немедленно. И твоя одежда.
Казначей понял: "Он идет к своей… Вместе с родителями она жи-
вет в Могонциануме. У них – свой хороший дом. Красавица? Я бы не 
сказал. Симпатичная? Да. Что он в ней нашел? Дорого она берет за 
ночь! 1000 денариев – это большие деньги!"
С ней Александр Север познакомился недавно. Вместе со свитой 
проезжал мимо их дома, увидел ее, запомнил и вернулся сюда, пере-
одевшись бедным казначеем. Ей он не открывал своего имени. Деньги 
быстро проложили путь к сердцу девушки и нашли благосклонность у 
ее родителей. 1,5 тысячи денариев уже перешли в их собственность. 1–
2 раза в декаду император позволял себе такие шалости.
Без лишних слов Цистий разделся и одел императорскую одежду, 
а Александр Север – его. Казначей отдал ему из приготовленных для 
Юлии Маммеи 1-у тысячу денариев.
–– Поменьше говори и на глаза моей матери лучше не показывай-
ся, –– посоветовал император, взял мешочек с деньгами и скрылся за 
дверью.
В новой роли и в императорском облачении Цистий воспрянул ду-
хом. Он знал, что лицом очень похож на Александра Севера. Правда, 
чуть ниже ростом, походка – не та, а голос совсем слабый. Но узнать 
его в затемненном помещении было почти невозможно, особенно, если 
он оставался сидя.
"Где эта сволочь Базилевс?! Сейчас я сделаю из него!.." –– торже-
ствовал Цистий.
И, будто услышав его мысли, дверь приоткрылась и в казначейст-
во заглянул центурион Базилевс:
–– Простите. Мне – казначея.
Переодетый Цистий строго посмотрел на него:
–– Чего надо?
–– Нет. Ничего. Я – потом. –– Базилевс исчез за дверью.
"Ага! –– победоносно рассмеялся Цистий. –– Пока никого нет, на-
до спрятать 20 тысяч для Юлии Маммеи в надежное место. Все деньги 
мне сразу не унести. Придется носить по 2–3 мешочка".
Цистий знал о тайнике в стене комнаты Юлии Маммеи и в течение 
1-го часа перенес все деньги туда. Хорошо, ее в комнате не оказалось. 
В императорской тоге хождение туда-сюда не вызвало никаких подоз-
рений.
Юлия Маммея сама нашла его в казначействе.
–– Я занят! –– Он не дал сказать ей ни слова.
"Казначеишка рассказал! Мелкая душонка!" –– обиделась она и 
ушла.
Перед собой Цистий положил толстенную подшивку долговых 
расписок и скрупулезно стал подсчитывать проценты и полученный от 
них доход. Все увеличивающаяся сумма так увлекла его, что он забыл 
обо всем на свете.
Принесли ужин.
Заученным жестом Цистий приказал разложить его на столе, а дос-
тавивших удалиться.
Ужин императора не смог оторвать его от подсчетов. Одной рукой 
он отправлял еду в рот, а второй – держал стиль и записывал цифры. 
Так получалось двойное удовольствие: от вкусной пищи и от посте-
пенно увеличивающейся огромной суммы.
–– Эй, воин! –– позвал он.
Из-за двери показался легионер охраны.
–– Убери! –– Цистий указал на остатки ужина.
Легионер оценил их, но не стал звать на помощь, а собрал все сам 
и вынес.
Цистий знал, что этими объедками могут вволю насытиться еще 
3–4 человека. Ужин подбирала ему Юлия Маммея.
Дальнейшие подсчеты увлекли его: "Эти и эти долговые расписки 
я могу перенести на государственный счет, а деньги взять сегодня. А 
тут – ничего, кроме убытков. Эти документы лучше кому-нибудь от-
дать. Кому? Может – подлому Базилевсу? Он раздаст их своим людям, 
и через 2–3 месяца они растерзают его. Но за это время он растерзает 
меня!"
Лишь в императорской тоге Цистия оставляли в покое. Лишь в та-
кие дни он мог отдохнуть, расслабиться и подсчитать собственные 
доходы. Легионеры у двери предупреждали, что в казначействе импе-
ратор производит ревизию, и никому из просителей и сборщиков нало-
гов не хотелось отдавать отчет лично ему: неизвестно, чем это может 
закончиться.
Свои подсчеты Цистий завершил далеко за полночь и от удоволь-
ствия растер кисти рук.
Вышел из казначейства, закрыл и опечатал дверь. Ключи отдал 
дежурившему декуриону.
По широким сходам лестницы поднялся к прямому переходу в 
императорские покои. "Этот переход император приказал соорудить 
недавно. Зачем? Для прямого сообщения с казначейством! Смешно? 
Да – смешно!" Цистий невольно улыбнулся. В конце перехода спус-
тился вниз и услышал какой-то подозрительный шум. "Что это?"
Внизу у последних ступенек он увидел 4-х "китайцев".
Этих центурионов называли "китайцами", потому что 10 или 12 
лет тому назад вместе с послами они побывали в Китае. "Что они тут 
делают?!" –– тревожная мысль остановила Цистия.
На несколько ступенек "китайцы" поднялись к нему.
"Где-то я уже это видел! –– подумал казначей. –– Нет, так просто я 
им не дамся! Может, позвать на помощь? В кармане у меня – острый 
стиль! Им я!.." Цистий ощупал стиль сквозь тонкую ткань, развернул-
ся, сделал шаг обратно и поскользнулся. Падая, в руке одного из цен-
турионов он успел заметить направленный в свою спину, подставлен-
ную для удара, острый клинок меча…

Матей проснулся.
–– Удалось? –– спросил Семак.
–– Не знаю. Если все это – правда, то погибли только Юлия Мам-
мея и казначей Цистий, а императору удалось спастись. Я знаю, где 
казначей спрятал 20 тысяч денариев, –– рассказал Матей.
–– Остается только найти их, и ты станешь самым богатым в Сар-
матии человеком, –– улыбнулся Семак.
–– Это далеко. Нам придется штурмовать укрепленный лагерь 
ХХІІ легиона Примигения.
–– А новый император объявит Александра Севера самозванцем, –
– добавил Семак. –– Нет, нам лучше не вмешиваться.
–– Завтра приходить? –– спросил Матей.
–– Если интересно – приходи. Завтра последний день полнолуния,   
–– предупредил Семак.
О спасшемся императоре и о сокровище, спрятанном в тайнике 
Юлии Маммеи, Матей больше никому не рассказывал.

Утром следующего дня он спросил у Семака:
–– Я могу узнать что-то о Родной? Она станет моей женой?
–– Это так важно для тебя?
Матей смутился.
–– Посмотри, что будет тут через 1000 лет, –– предложил Семак.

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
В мыслях четко отразилось: "27-е марта 1235-го года. Поселение 
Семака".
… Мальчишка очнулся.
На берегу реки, подстелив под себя свой тулупчик, он грелся на 
солнышке. Теплые лучи и шум реки убаюкали его и он уснул. Спал 
недолго. Очнувшись, сел и посмотрел на противоположный берег.
Там суетились какие-то странные люди. На воинов князя Даниила 
Романовича они не были похожи.
"Дед говорит, что раньше по Пруту плыли большие корабли, а те-
перь по нему могут плавать только плоскодонные лодки. –– Каким-то 
особым чувством мальчишка приметил: –– Ширина реки – 160–170 
шагов, а глубина – 1–1,2 локтя".
Люди на том берегу заметили его.
"Нет, это не воины Глеба Зеремеевича, что воеводой у князя Да-
ниила Романовича. В свое войско он стал брать даже 15-летних. Дед 
говорит, воевать князю не с кем. Ему нужны воины, а в 15 лет какой из 
отрока воин? Скорей бы и мне исполнилось 15 лет! Уйду в войско. 
Может, это торки или половцы? На угринов они тоже не похожи".
–– Эй, малой! Пойди сюда! –– стали орать с той стороны.
–– Сам пойди! Очень мне надо! –– ответил мальчишка.
–– Пойди! Дам медную монету!
–– А не врешь? Покажи!
Кричавший вынул из-за пазухи что-то блестящее, сверкнул им и 
спрятал обратно.
–– Не обманешь? –– выспрашивал мальчишка.
–– Клянусь… Чем поклясться?
–– Своим отцом! –– потребовал он.
–– Клянусь.
–– Точно?
–– Точно! –– заверили его с той стороны.
Мальчишка ступил в холодную воду и через несколько шагов по-
плыл. Вода обожгла его, но медная монетка не позволяла окоченеть. 
Он хорошо плавал!
Выбравшись на противоположный берег, мальчишка подошел по-
ближе к незнакомцам:
–– Что надо?
–– Пойди сюда. –– Ближайший попытался ухватить его за руку, но 
он ловко увернулся.
"Это убивцы!" –– мелькнуло у него в голове.
Он отскочил в сторону, разбежался и прыгнул в воду.
Убивцы бросились за ним. Мальчишка вынырнул далеко от берега 
и изо всех сил поплыл к своему берегу. Убивцы стали метать в него 
камни. Мальчишка набрал воздуха, нырнул и вынырнул, чуть ли не 
посреди реки.
Один из камней угодил ему в голову, и он почувствовал, что то-
нет…

Матей проснулся.
–– Как? –– спросил Семак.
–– Ничего особенного.
–– В 2235-й год?
–– Да, –– согласился Матей.

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
В мыслях четко отразилось: "27-е марта 2235-го года. Село Сема-
кивцы".
… Она проснулась.
Как обычно, улыбаясь, сделала короткую разминку, помылась, по-
завтракала, позвала соседку Настю и предупредила родителей, что 
едет в горы в район Дзэмброни.
Вдвоем с Настей они сели в микроавтобус и автопилоту дали на-
правление:
 –– Село Дзэмброня, к подъему на Ухатый Камень.
Дверь микроавтобуса бесшумно закрылась, и на воздушной по-
душке он заскользил над трассой.
Проезжая над рекой, невольно, она заметила: "Как Прут обмелел! 
Ширина – 25–30 метров, а глубина – не больше 0,3–0,4 метра".
Скоростная трасса шла между гор по лесу, в стороне оставляя на-
селенные пункты.
Дорога заняла каких-то 10–12 минут.
Микроавтобус мягко остановился на площадке у подножия Ухато-
го Камня.
Девочки вышли, взяли свои вещи и направились к приюту со ста-
ринной вывеской "Домик пастухов". Но он оказался переполненным. 
Хозяйка предложила им одну комнату на двоих. Нехотя, девочки со-
гласились.
Оставив свои вещи в комнате, они решили осмотреть ближайшие 
окрестности. Поднялись на склон Ухатого Камня, запыхались и вспо-
тели. Осмотрели северный склон, и оказалось, что он еще полностью 
покрыт глубоким и рыхлым снегом.
–– Я разденусь, –– решила она, сняла с себя верхнюю одежду и ос-
талась в одном только полупрозрачном купальнике, носках и вибра-
мах.
Настя сняла с себя только куртку.
Снятую одежду они всунули в легкую дорожную сумку и стали 
подниматься к вершине.
Навстречу им сверху спускалась большая группа школьников. Со-
провождал их опытный инструктор.
У самой вершины их обогнал симпатичный мужчина.
–– Это – наш сосед. Он поселился в соседней комнате, –– подска-
зала ей Настя.
Девочки улыбнулись ему.
–– Тяжело? Давай, помогу. –– Он взял их дорожную сумку и по-
мог взобраться на очередной уступ. Свою короткую палку, для удоб-
ства передвижения и третьей опоры, он предложил ей.
–– Ты инструктор? –– спросила она.
–– Да, –– коротко ответил он.
"Какой неразговорчивый!" –– возмутилась она, а загоревшаяся 
жгучей ревностью Настя поспешила вперед.
Пятачок вершины они обошли траверсом и ступили на снег с се-
верной стороны склона.
–– Тут опасно! –– предупредил он.
По утоптанной в снегу тропинке Настя поспешила вниз. Шаг за 
шагом они последовали за ней. Настя нырнула куда-то в сторону, а она 
оказалась прямо перед бездонной пропастью. Вокруг лежал глубокий 
снег, но стенки пропасти оголились и пестрели острыми камнями.
Она отдала ему свой посох, секунду помедлила и шагнула в рас-
крытую пасть пропасти. Вовремя, он ухватил ее за руку, удержал и 
отвел от опасного места. Какой-то миг казалось, что он не удержит ее, 
и они вместе сорвутся вниз. Каким-то чудом на краю пропасти их 
удержал его посох, поставленный на такую сверхненадежную опору, 
как рыхлый снег.
"Что я делаю?!" –– ужаснулась она и присела от нахлынувшего на 
нее изнеможения.
Он не позволил ей опуститься на темные кустики брусники, а, 
присев рядом, поддерживал ее. В порыве благодарности руками и но-
гами она обняла его. Своими крепкими руками он свел вместе ее ко-
ленки и усадил рядом. "Странный он! –– подумала она. –– Все мужчи-
ны только и стремятся сюда, а он!.. Нет! Все равно, он станет моим! 
Моим первым!.."

Матей проснулся.
–– Еще? –– спросил Семак.
–– Последние дни Аджи Дахака?

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
Мелькнула четкая мысль: "Солнечной системе – 8,5 миллиардов 
лет. Глубокий космос".
Нечто, очень похожее на гигантскую воронку, но выходит она в 
другое пространство. С той стороны, то есть в ином пространстве, ка-
кой-то могущественный интеллект для Аджи Дахака заложил приман-
ку. Необходимо, чтобы Аджи Дахака заметил ее, положил на нее свою 
лапу, ухватился и тогда приманка перетащит его в другой мир. Ворон-
ка тут же растает и Наша Вселенная избавиться от пришельца.
Все произошло за какую-то крохотную часть секунды. Исчезла во-
ронка. Исчез и Аджи Дахака.
Новый Всемогущий Бог стал властелином Нашей Вселенной и все 
началось с самого начала…

Матей проснулся.
–– Еще? –– спросил Семак.
–– Конец света?
–– Конец Солнечной системы, –– поправил его Семак.

Шар в его руке стал стремительно увеличиваться. Вот он поглотил 
его палатку, поселение Семака, всю Землю, Солнце и всю Нашу Все-
ленную. Матей оказался где-то на ее окраине. С неимоверно огромной 
скоростью он стал падать к ее центру, туда, где маленькой светящейся 
точечкой поблескивала прозрачная линза. Падая, он не боялся. Он 
знал, что ему надо именно туда. Линза стремительно росла. На пре-
дельно возможной скорости он пронесся сквозь ее центр и оказался…
Мелькнула четкая мысль: "Солнечной системе – 11,5 миллиардов 
лет".
Солнце стало каким-то чужим – багрово-черным.
Земной год состоит теперь из 1021-го дня, а земные сутки – 77-и 
часов.
Тут, в Солнечной системе, жизни нет.
Это ее последние дни.
Из последних своих сил Солнце вновь вспыхнуло ослепительной 
золотистой звездой. Сияние коснулось планет и унеслось в вечность. В 
вечность канула целая цивилизация.
На месте Солнца образовалась черная дыра…

Матей проснулся, выбрался из ванны, вытерся и оделся.
Семак дал выпить ему противоядие.
Матей вышел из палатки, поднял вверх голову и только теперь по-
нял: "Нет! Нет в мире ничего прекраснее, чем наше Солнышко! Вот 
оно! Его сияющий маленький диск неустанно движется по небосклону, 
освещая, согревая и даря жизнь всему земному. Спряталось оно за ту-
чи – и вокруг становится холодно, мрачно и пустынно. Зашло Сол-
нышко за горизонт – и непроглядная тьма охватила всю Землю. И 
вновь, как и миллионы лет назад, оно поднимается по небосклону. И 
вновь дарит нам радость, счастье и тепло. Свети наше Солнышко! Све-
ти! И пусть так будет вечно!"
От умиления и нахлынувшей на него скорби Матей чуть не рас-
плакался.
Выручил его Семак:
–– Матей, ты знаешь, я думаю, что кроме космического записы-
вающего информационного устройства, на Земле есть еще одно. Воз-
можно, космическое и земное является преобразующей проекцией 
друг друга.
С трудом, Матей осознал им сказанное:
–– Зачем нам такие сложности?
–– Почему сложности? На этот раз – нет ничего проще. Какое ве-
щество на Земле есть во всем и всюду? Вода. Во всем живом и нежи-
вом на Земле есть вода. В воздухе и глубоко в земле. В человеке, жи-
вотных и растениях. Даже – в камне. Погибая, в конечном итоге чело-
век превращается в жидкость. Жидкость очищается и превращается в 
воду. Даже в самом малом количестве вода всегда несет в себе инфор-
мацию. Стекается она в одном месте, которое называется Океаном. 
Океан – это колоссальный накопитель информации. Сказать, что он 
живой, вряд ли можно. Но, как и космический информатор, Океан спо-
собен моделировать будущее. Вполне справедливо, мы можем назвать 
Воду и Океан нашим ближайшим богом.
–– Это – в твоей книге? –– устало спросил Матей.
–– Нет. Это к твоему сведению. Помнишь, в "Библии" есть такая 
строка: "Душа тела – в крови", ("Левит", 17:11). Информацию о чело-
веке Океан считывает из его ежедневных испарений, мочи или крови.
Новая гипотеза Семака у Матея не вызвала ни радости, ни огорче-
ния. Он устал от всего этого, но вспомнил, что новое полнолуние на-
ступит через месяц:
–– Я не скоро приеду.
–– Да. Приходи, –– неопределенно ответил Семак.
Когда Матей уехал, призадумавшись, он снял копию со своего пе-
речня естественных компонентов контактной жидкости для лучшего 
восприятия информации Таблицы Судеб и вложил его в плотно закры-
вавшийся тубус. Тубус осмолил и зарыл в землю рядом с палаткой.
"Кому надо, тот найдет", –– подумал он.

Через полчаса Матей въехал в свое поселение.
Тут его ждал гонец от отца:
–– Коломан выступил на Синяту. Собери своих людей. Ты дого-
нишь его за За Болотом.
Не мешкая, Матей снял своих людей и с ними поспешил к Коло-
ману. В своем поселении он оставил только 3-х небоеспособных и их 
семьи.

8

27-е апреля 36-го года от основания империи готов.
Поселение Семака.
По узкой дороге отряд воинов въехал в поселение, остановился у 
одного из домиков и спешился.
"37 лет! Да, ровно 37 лет, как я уехал отсюда!" Предводитель от-
ряда коснулся двери. Из дома навстречу ему вышел хозяин, и воин не 
поверил своим глазам:
–– Семак, неужели, это ты?!
Непонимающе, хозяин развел руками:
–– Да, я – Семак. Но я не знаю тебя.
–– Я – Матей, сын Торвалда… –– Он присмотрелся повниматель-
нее. –– А где старый Семак?
–– А, ты – к моему дядьке! –– угадал хозяин. –– Так его нет.
–– Умер?
–– Нет, не знаю. Когда ему исполнилось 55 лет, все свое имущест-
во он оставил мне, а сам ушел.
–– Куда?
–– Я не знаю. Его больше никто не видел. Зайди в дом и позови 
своих воинов, –– предложил племянник Семака.
Всех их маленький домик вместить не мог, и воины остались во 
дворе.
Хозяин усадил его за стол:
–– Что привело тебя сюда?
–– Семак писал книгу о Таблицах Судеб, –– вспомнил Матей.
–– Да, но он никому ее не показывал.
–– Мне он ничего не оставлял?
–– Нет. Он только сказал: "Кому надо, тот найдет".
"Таблицы Судеб? –– подумал Матей. –– Нет, вряд ли. Тогда что 
же? Самое важное для него… Самое важное – это его книга. Нет. А 
что же? Конечно, тот перечень! Но где? Где он его спрятал? У палатки 
с ванной?"
–– А ванна еще цела? –– спросил он.
–– Да.
–– Я осмотрю ее.
–– Пожалуйста. –– Семак не удивлялся.
Они поднялись и прошли за дом.
"Как странно! Ничего, совершенно ничего тут не изменилось! А 
вот и баня! Когда-то тут стояла палатка. Нет, внутри нее слишком 
влажно. Где-то возле нее?" Он осмотрел землю возле бани и точно оп-
ределил: "В этом углу! Тут самое удобное место, а все остальные углы 
заняты".
–– Тут, –– указал он Семаку.
Тот принес лопату и копнул, сразу наткнувшись на что-то твердое. 
Оказалось, что это тубус.
Его вырыли из земли и открыли.
–– Да, это то, что мне надо. –– Матей просмотрел его, сел за стол и 
сам снял с него копию, а подлинник отдал Семаку: –– Зарой там, где 
было.
Семак зарыл.
На столе появилось угощение.
Выпив вина, они нашли общий язык.
–– Дядька оставил мне это поселение, стадо коров и овец. У меня – 
3 сына и дочь, –– рассказывал Семак.
–– У меня – жена, 3 сына, 2-е дочери и 7 внуков. Моя жена Родная 
– дочь ясаула Бог Помиловал из Балки.
–– Да, знаю, –– обрадовался Семак.
–– У Бога Помиловал было 2-е дочери – Родная и От Брата, – и 
сын Слава.
–– Я знаю его дочь От Брата. От сына Коломана Зигисрайна у нее 
– сын. Его звать Балынец. Еще у них – дочь Помилованная.
–– Странные имена, –– заметил Матей.
В дом вошел кто-то из его воинов:
–– Матей, нам пора ехать.
–– Да.
Он попрощался с Семаком, вышел, сел на лошадь и они направи-
лись к поселению Матея.
Там тоже все осталось по-прежнему: несколько домиков, узкая до-
рога и непроходимое болото.
Посреди поселения Матей остановился.
"Где-то тут я нашел обгоревший лист из книги Семака, –– вспом-
нил он. –– "Ты, кто пришел сюда, знай и помни, самая великая муд-
рость Нашего Создателя в том, что всему созданному в мире всегда 
есть свое начало и конец. Нет, и никогда не было бессмертия. Все в 
нашем мире – точно, ясно и четко обусловлено. Но самые высшие дос-
тоинства им созданного – это справедливость, преданность и верность.
Когда человек сможет управлять своими сновидениями, ему поко-
рится весь мир.
В Таблицах Судеб – все наше прошлое и будущее.
Человек – это невероятно сложное существо, созданное усилиями 
нескольких внеземных цивилизаций. Одна из них – Океан или Вода. 
Эта цивилизация одна из древнейших на земле. Ей – 4–5 миллиардов 
лет, возможно – больше. Она тоже внеземная, то есть принесенная на 
Землю из глубокого Космоса. Океан или вездесущая Вода – гигантское 
живое существо с практически неограниченной информационной па-
мятью и такими же потенциальными возможностями. Мы – это ма-
ленькая частичка Океана. Каждый из нас когда-то вышел из него и 
когда-нибудь снова растворится в нем. Океан – это наш родной, доб-
рый и терпеливый бог. Вторая внеземная цивилизация нам почти не 
известна. Ее следы мы можем найти в необычных способностях ред-
ких видов растений и животных. Вторую цивилизацию вытеснила тре-
тья. Древние их называли богами, но об их подлинном могуществе мы 
можем только догадываться. "Присутствующих" богов всегда 2–4, 
возможно – больше. Их число непостоянно. Они меняются, перево-
площаются, исчезают, снова присутствуют, сливаются или рассеива-
ются во Вселенной. Но их тут не меньше 2-х. В 11–12 часов посмотри 
на Солнце закрытыми глазами и слева, чуть повыше, ты увидишь не-
что, похожее на неправильной формы крохотные сияющие пятнышки 
и исходящее от них свечение. Как бы ты не вертел головой, пятнышки 
остаются на одном и том же месте. Это каналы связи. Богов интересу-
ют только наши чувства. Четвертая внеземная цивилизация – Ажди 
Дахака. Аджи Дахака – это бессмертный Чужой Дракон, за миллиарды 
лет ставший нашим. –– Матей невольно улыбнулся: –– О! Я читаю 
мысли старого Семака. А что же дальше?"









  – 235-й год. Александр Север Марк Аврелий (222–235 годы) – римский 
император.
  Матей (готс.) – Отвар (из листьев).
  Коломан (готс.) – Место Человека.
  Торвалд (готс.) – (бога) Тора Лес.
  Норнемарк (готс.) – (богини) Судьбы Знак.
  Бергер (готс.) – Горец.
  1 миля = 1480 метров.
  Волф (готс.) – Волк.
   Каракалла Марк Аврелий Север Антонин (198–217 годы) – римский им-
ператор.
  Вистула (лат.) – Висла. Готов изгнали с района среднего течения Вислы 
в 204–207 годах.
  Товматык (кельтс.) – Утес.
  Зигисрайн (готс.) – Победа Чистая.
  Трайтаона (парси) – Третье Начало.
  Иллинцы – искаженное от Ил Ли Иаху (древне-иудейс.) – Бог Мой Иа-
ху.
  1 фут = 29,62 сантиметра.
  Радиоактивные элементы.
  Максимин Гай Юлий Вер Марк Фракиец (235–238 годы) – римский им-
ператор.
  Септимий Север (193–211 годы) – римский император.
  Марк Аврелий Элагабал (218–222 годы) – римский император.