Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Кто слишком долго сражается с драконами, сам становится драконом.»
Василий Головачев. «Посланник»

Чумакова Ульяна «Рассказ о Войне»

-В то время я была восьмилетней девочкой. – начала свой рассказ сгорбленная старушка. Я внимательно слушала и делала небольшие заметки, чтобы не забыть рассказ Марии Павловны о том, что произошло с ней в 1942 году, когда в их родное село пришли немцы. – И однажды в наше село пришли немцы. Много их было, человек двести. А все наши мужчины на фронт ушли, фрицев бить. Вот и остались одни женщины, дети и немощные старики. Я, как сейчас помню, гонялась за последней худой курицей, которую мама собиралась сварить, чтобы мы (а было нас шестеро детей, а старший брат Иван воевал на фронте, так же как и отец) поели. Самый младший, Павлуша, ему тогда года четыре было, играл с деревянными палочками, а Марфа и Света, сёстры мои младшие, о чём-то спорили. Старшая, Таня, помогала матери. И тут кто-то, по-моему соседский парень Стёпка, закричал:

-Немцы, немцы, идут!

Ой, помню переполох был. Все бегали, суетились, прятали всё, что только можно. А наш старый охотник, Фёдор Иванович, не бегал, а твёрдым шагом, со средоточенным лицом, побрёл к своей избушке. Жил он один. Вскоре он вернулся с ружьём.

-Не пройдут, гады. Не для того Бог землю нашу создавал, чтобы всякие фрицы её топтали. – сказал он со злобой. И так запали мне в душу эти слова, надолго запомнились. И когда над Москвой гремели салюты, когда праздновали Победу, вспомнились мне эти слова и произнёсший их старичок.

А когда подошли немцы, въехали на машинах, смело шагнул им навстречу Фёдор Иванович. Один против двух сотен. С двустволкой против автоматов. И дрогнули ведь на секунду фрицы, но потом раздался выстрел. Фёдор Иванович упал. Зарыдали женщины, дети испуганно жались к матерям, а старики крестились. Разогнали нас немцы, заняли наши места. Уже стемнело, а я всё стояла и смотрела на застывшее лицо бесстрашного охотника. Кто-то скажет, что он не бесстрашный, а просто сумасшедший, но он именно был бесстрашный, можете мне поверить. Сколько раз гостил Фёдор Иванович у нас дома. Сколько раз садил нас на колени и рассказывал истории из своей жизни. И я никак не могла поверить, что этого чудесного человека больше нет. Потом мама пришла и, поохав, увела меня, но я всю ночь не могла заснуть. Мне всё мерещилось лицо убитого охотника. – сказала Мария Павловна и утёрла глаза, утонувшие в глубоких морщинах, платочком. Мне стало неловко, что я заставила эту пожилую женщину, много пережившую на своём веку, вернуться в тяжёлое прошлое. Мария Павловна, успокоившись, продолжила свой интересный, но горестный рассказ.

-Я думала, что хуже уже не будет, но я ошибалась – через несколько дней немцы собрали нас в сарае, а вокруг наложили соломы. Мы недоумевали, не понимая, что от нас хотят и только, когда фашисты подожгли факелы и стали поливать сарай бензином, раздались крики. Мы, все пятеро жались к матери. Младший Павлуша никак не мог понять в чём дело и, увидев пламя, радостно (но что с него взять – ребёнок ведь был совсем) захлопал в ладоши. Мать плакала и ещё крепче прижимала нас к себе.

-Господи, да что же это такое. Спаси Господи, хоть детей моих, птенчиков моих спаси. Господи. – расслышала я сквозь её всхлипы. Неожиданно пламя уменьшилось.

-Неужто немцы одумались? Просто пугали? Наши наконец пришли?! – послышались голоса. Все ринулись к щелям в стенах сарая и не поверили своим глазам, так же как не верили и немцы. Шёл сильнейший ливень, который я когда- либо видела. Он тушил огонь, который пытались вновь зажечь немцы. Люди нашего села радовались внезапному спасению. Немцы, которым так и не удалось вновь зажечь огонь, бросили это занятие и что-то закричали на своём языке. Они разошлись, а мы так и ночевали в этом сарае. На следующий день повторилось тоже самое – только фрицы зажгли огонь, как пошёл дождь, затушивший пожар и вновь нас спасший. Ещё три дня шёл дождь, а нам за это время удалось вырыть подкоп и сбежать в лес. Проходив три дня по лесу, мы наткнулись на партизан, хотя правильнее сказать, что это они нас нашли. Многие дети, в том числе и мой братец Павлуша умерли за эти несколько дней от голода. Где-то неделю мы прожили у партизан, а затем в наше полуразрушенное село пришли русские солдаты, и мы смогли вернуться домой. Правда наш милый домик трудно было теперь назвать домом. Он был похож на развалившуюся избу, а когда-то ведь был одним из самых красивых. Нормальный дом нам удалось построить лишь, после того, как отец вернулся домой. А вот старший брат Иван так и не вернулся –пропал без вести под Москвой. Марфа и Таня тоже не пережили этой войны. Марфа умерла от голода, а Таня, ушедшая к партизанам, была ранена минным осколком в голову. Ну вот вроде бы и всё. – окончила рассказ Мария Павловна. В её глазах стояли слёзы. Я смотрела на женщину, которую воспоминания, казалось ещё больше состарили. Я ругала саму себя, что растревожила почти зажившие раны этой старой женщины. Я встала и подошла к Марии Павловне.

-Простите. – негромко сказала я. – Простите за то, что растревожила ваши раны. – повторила я. И тут произошло то, чего я совсем не ожидала – Мария Павловна улыбнулась.

-Ничего. Я должна благодарить тебя. – сказала она. Я с удивлением посмотрела на неё. – Да, да. Я поняла, что если меня просят рассказать историю войны, значит в сердцах людей всё ещё живёт память о той войне, о тех людях, кто совершал подвиги, кто погиб и кто пришёл домой, к своей семье, совершив главное дело в своей жизни – спас свою Родину. Память им и слава! – сказала Мария Павловна, и глаза её заблестели.

Память и слава всем, кто спас свою Родину!!!