Dragon's Nest – сайт о драконах и для драконов

Dragon's Nest - главная страница
Гнездо драконов — сайт о драконах и для драконов

 

«Если же в битве жена одолеет когда-либо мужа <…>,
Скажет тогда кто-нибудь из грядущих потомков [аргосских]:
«Страшный в извивах дракон погиб, копием прободенный»».
Геродот. «История»

Узбекские сказки «Мужественный друг Гайрат»

Было ли то или не было, кто знает? Но, говорят, в старые времена городом Бустонабад правил хан Кагар.

Отправился однажды хан Кагар охотиться. Подъехал юн к берегу реки Сыр-Дарьи попоить коня и вдруг видит на склонившейся над водой камышинке из изумрудов сидкт подобная серебристому полумесяцу красавица и полощет длинные, похожие на сияние солнечных лучей волосы.

Хлестнул нагайкой своего коня хан Кагар, конь рва. нулся вперед. Потянул руки хан, чтобы схватить красавицу, но она скользнула по камышинке и без всплеска исчезла в глуби вод.

Метался по берегу хан Кагар взад и вперед, скакал то в одну, то в другую сторону, но больше девушку он не увидел.

Забыть неведомую красавицу хан Кагар так и не смог, и воспоминание о ней жгло его душу точно огнем.

Сын хана Кагара Турсун, статный и привлекательный лицом юноша, дружил с джигитом из народа Гайратом. Турсун и Гайрат дали клятву: «Пусть превратится тот из нас в камень, кто откажется от друга». Клятву они скрепили кровью.

Как-то ханский сын Турсун охотился с другом своим Гайратом на берегах Сыр-Дарьи, в тех же местах, и увидел красавицу, сидевшую на камышинке.

Турсун с одного взгляда влюбился в прекрасную девушку и замер на месте, точно пригвожденный стрелой.

При виде юношей красавица кокетливо улыбнулась, соскользнула по камышинке в воду и исчезла.

Огорченный Турсун схватился за голову и начал про. клинать свою несчастную судьбу.

Гайрат был сметливый, благоразумный юноша. Он сказал:

– Девушка вероятно пери. Простым смертным нельзя иметь дело с волшебными существами.

– Но я люблю ее, и жизнь без нее мне не жизнь, – застонал Турсун.

Сидевший поблизости на берегу старик-рыбак слышал разговор юношей и сказал:

– Девушка эта пери. Живет она на дне Сыр-Дарьи в подводном царстве и только изредка всплывает на поверхность реки, чтобы посушить свои чудесные волосы. Ради такой девушки не жалко и в воду броситься.

– Много не болтай, – раздраженно сказал Турсун, хватаясь за саблю. – Ты что же, старик, предлагаешь мне утопиться! Погубить меня замыслил!

– Нет, – ничуть не испугавшись, ответил рыбак, – я только говорю, что истинный влюбленный не боится ни огня, ни воды.

Слова рыбака задели Турсуна.

– Старик, скажи, как спуститься в подводное царство? Ты должен знать. Говори, иначе зарублю.

Усмехнулся только рыбак, взял свою сеть и пошел. Турсун и Гайрат стали умолять его не уходить.

– Если бы не ваша молодость, – проговорил старик, – я не стал бы даже разговаривать с такими грубыми и невоспитанными людьми. Ладно, станьте на колени и просите.

– Я сын могущественного хана и не могу унизиться так перед простым человеком, – заявил Турсун.

Тогда на глазах изумленных юношей старик-рыбак начал обращаться в туман. При этом рыбак говорил:

– Для любящего ничего не страшно.

Упал Турсун на колени и заплакал. Рыбак исчез, растворился в воздухе, но до слуха юношей донеслись чуть слышные слова:

– Презрев страх, спуститесь по камышинке.

– Возьми меня за руку, – попросил Гайрата Турсун, – и покажи путь.

– Я друг тебе и я пойду с тобой, – сказал Гайрат. Взял он друга за руку и повел.

Нашли они изумрудную камышинку, на которой сидела пери и, крепко зажмурив глаза, соскользнули в воду.

Только на дне реки друзья решились раскрыть глаза.

Смотрят – перед их изумленными взорами раскинулся благоустроенный город с улицами, домами, базарами, караван-сараями. Во все стороны спешили люди как люди, только вместо ишаков и лошадей они ехали на здоровенных сомах и белугах, а перед собой гнали не стада баранов и коз, а целые стаи всякой мелкой рыбы.

Подивились юноши, походили по подводному городу и постучались в ворота первого попавшегося дома. Из калитки выглянула дряхлая старушка:

– Ийе! – удивилась она. – Что нужно у нас под водой вам – людям мира зноя и жажды? С какими коварными намерениями пришли вы сюда?

– Бабушка, – поспешил успокоить старушку Гайрат, – мы заблудились и против своей воли попали на дно Сыр-Дарьи. Приютите нас на ночь. Или гостеприимство незнакомо людям подводного царства?

– Прошу, заходите, – сказала старушка, – все, что найдется в доме, к вашим услугам.

Старуха приняла Турсуна и Гайрата, накормила их пловом с рыбой и постелила одеяла из осоки и зеленых водорослей. Перед тем как оставить юношей одних,, старушка сказала:

– Сыночки, не выходите ночью на улицу. У нас дворы охраняют зубастые щуки. Не успеет плешивая красавица косу расплесть, как они загрызут самого храброго.

Сказала так и ушла к себе.

Хоть было сыро лежать на одеялах из водорослей, но Турсун мгновенно уснул, а Гайрат долго переворачивался с боку на бок.

Наконец он тихонько встал и выглянул на двор. Сквозь воду светила зеленая луна и было хорошо видно. На дворе никаких щук не оказалось.

Гайрат вышел на улицу и зашагал к хрустальному дворцу подводного царя. Походил кругом, посмотрел. «Вероятно, та пери здесь живет», – подумал он и вернулся в дом старухи.

Утром старушка угостила юношей на завтрак кавардаком из рыбы.

Гайрат сказал:

– Что же, бабушка, вы пугали нас свирепыми щуками. Всю ночь от бессонницы бродил я по улицам и ни одной щуки не видел. Скажите, а кто живет в хрустальном дворце?

Хитро улыбнувшись, старушка ответила:

– Аи, аи, непослушный. Во дворце живет подводный царь и его единственная дочь пери с волосами, подобными солнечному сиянию.

При этих словах Турсун побледнел, и старуха сразу же приметила его волнение. Она добавила:

– Дочь царя красива, так красива, что все, кто ее увидит, теряют покой и становятся безумны. Достаточно пери открыть в темную ночь глаза и в нашем подводном царстве становится светло так, как у вас, у людей, наверху в самый ясный солнечный полдень.

– Откуда вы, бабушка, все знаете? – удивился Турсун.

– Ну, это весь водяной народ знает, а мне как не знать – я же нянька нашей пери.

– Вы пойдете во дворец сегодня? – спросил Гайрат.

– Пойду.

– Если увидите пери, скажите: «Те двое юношей пришли. Удивительно, что не потонули».

– Вай, джигиты, уж не затеяли ли вы дурного. Ничего я царевне не скажу.

И ушла во дворец.

Во дворце старушка-нянька терпела, прикусив язык, терпела, но не могла сдержать себя и проболталась царевне:

– Те двое юношей пришли. Удивительно, что не потонули.

– Молодцы, не испугались, – засмеялась пери и начала угощать и ублажать старушку.

Когда нянька уходила, пери дала ей кусочек хрусталя и обыкновенный уголек.

– Нянюшка, отдай им, – сказала пери, – и ничего больше не говори.

По пути домой старуха думала:

«Вай, мне несчастной! Царевна что-то задумала. Не сносить мне головы»,, – бросила на дорогу хрусталь и уголек.и пошла дальше.

Но не сделала она и десяти шагов и сказала себе: «Царевна узнает – обидится. Опять плохо». Вернулась нянька, подобрала хрусталь и уголек и отнесла юношам.

Турсун предался отчаянию. Он бил себя в грудь и стонал:

– Проклятие! Пери смеется над нами. Кому нужны этот осколок хрусталя и кусочек угля? Мы жизнь чутьне потеряли, в воду бросились и вот награда! Но Гайрат возразил:

– Нет, тут что-то есть. Надо подумать.

– Ты думай, а я не стану.

– О, понял, – вдруг сказал Гайрат, – хрусталь означает: «Днем при свете, не показывайтесь!», а уголек значит: «Ночью приходите».

Когда стало темно, друзья подошли ко дворцу. Прислужница ждала уже юношей у калитки.

– Ты, Гайрат, оставайся и сторожи, а я пойду в сад, – сказал Турсун.

Гайрат остался, а Турсун прошел в сад и встретился с пери.

– А где ваш друг? – спросила девушка. – Что же он даже на меня и посмотреть не хочет?

– Он стоит на страже.

Пери и Турсун до поздней ночи гуляли по саду, но Турсун так растерялся, что не решился признаться девушке в своей страсти.

Но вот прибежала прислужница и Турсун покинул царевну.

На следующую ночь Турсун опять приказал:

– Ты, Гайрат,, сторожи!

И опять царевна при виде Турсуна рассмеялась и спросила про Гайрата.

– Он стоит на страже. Он охраняет покой ханского сына! – высокомерно заявил Турсун.

Снова пери и Турсун гуляли по дорожкам сада. Шесть ночей стоял у калитки дворцового сада Гайрат, а на седьмой сказал Турсуну:

– Нам надо возвращаться домой. Сговорись с царевной, увезем ее из подводного царства и ты во дворце своего отца отпразднуешь свадьбу.

– Не мешайся не в свои дела, – возразил Турсун, – как смеешь ты указывать мне – ханскому сыну.

– Пора уезжать. Я подозреваю, что за нами следят. И я устал сторожить.

– Можешь не трудиться. Не ходи за мной. У меня у самого есть ноги.

Обидно стало Гайрату, и он не пошел с ханским сыном ко дворцу.

Когда и на этот раз Турсун пришел в сад, пери спросила его про друга Гайрата. Зло взяло Турсуна. Он воскликнул:

– Что вам, царевна, до какого-то простого джигита, когда перед вами я, ханский сын.

– Он храбрый воин и верный друг, – сказала пери, – и я хочу видеть его и говорить с ним.

И пери направилась к калитке, чтобы увидеть Гайрата.

В ярости Турсун выхватил саблю и преградил путь царевне. Она испуганно закричала. Двери дворца распахнулись и со всех сторон прибежали рабы с факелами и фонарями. Пытался Турсун бежать, но его схватили...

Послушайте теперь про Гайрата.

Наутро видит он, что ханский сын не вернулся домой. Тогда Гайрат попросил у старушки паранджу и чачван, накинул на себя и пошел на базар послушать, что говорит народ.

На базаре Гайрат узнал, что ночью царевну застали в саду с неизвестным юношей. Подводный царь разгневался и приказал бросить в темницу и дочь свою пери и юношу. Теперь оба они находятся в строгом заключении.

Не растерялся Гайрат, купил здесь же на базаре большой поднос, положил на него сдобных лепешек и сластей и поспешил к царской темнице.

– Эй, женщина, куда лезешь? – закричали стражники. – Входа нет.

Старушечьим голосом Гайрат начал жалобно просить:

– Миленькие сыночки, разве вы меня не признали. Я же нянюшка нашей царевны, несу ей угощение. Вы уж меня пустите к ней, а то как бы вам потом плохо не было.

Тем временем Гайрат положил в руку каждому страж, нику по золотой монете, и не успел косой подмигнуть, как он проскользнул в темницу к пери.

Откинул Гайрат чачван и, низко поклонившись, проговорил:

– Прекрасная пери, не пугайтесь, я друг Турсуна и во имя дружбы пришел выручить вас. Оденьте на себя паранджу и чачван. Стража подумает, что это не вы, а ваша нянька.

Лукаво улыбнувшись, пери спросила:

– Только ли во имя дружбы вы пришли, Гайрат? Ведь нет человека, который при взгляде на меня не влюбился бы.

Покраснел только Гайрат и опустил глаза. Пери надела на себя паранджу, опустила чачван и, никем не узнанная, вышла из темницы.

Царь подводного царства приказал привести к себе на суд провинившуюся дочь и неизвестного юношу. Стражники нашли в темнице вместо царевны молодого джигита и, делать нечего, привели его с Турсуном к подножию трона.

– Что такое, – удивился царь, – где же моя дочь?

– Позвольте мне сказать,, ваше подводное величество, – обратился к царю Гайрат, – ваша дочь, царевна, ни при, чем. Стража в темноте ошиблась и бросила тень на незапятнанное имя вашей дочери.

– Кто ты и что ты делаешь вместе со своим сообщником в моих владениях?

– Мы с моим другом охотились и случайно утонули в Сыр-Дарье, – ответил Гайрат, – попали мы в ваш город тоже случайно и, не зная куда идти, забрались в дворцовый сад, чтобы прилечь и отдохнуть. Тут нас и схватили,, а царевны мы и в глаза не видели.

– Палачей! – завопил царь подводного царства. Явились палачи.

– Казнить стражников, оклеветавших мое дитя!

Затем царь обратился к юношам и разрешил им жить в подводном городе столько, сколько они пожелают.

– Когда захотите вернуться к себе на родину в страну зноя и жажды, скажите мне, и я прикажу проводить вас, – сказал царь и отпустил юношей.

Обрадовался Турсун и целыми днями и ночами предавался развлечениям. Пиры сменялись пирами, празднества – празднествами, охота – охотой. Ханский сын и думать забыл о пери и о том, что надо ехать домой.

Однажды старушка, их хозяйка, пришла из дворца расстроенная и запричитала:

– Бедная наша царевна плачет. Ее выдают замуж за сына морского царя. Она просит вас помочь ей.

Тут Турсун снова загорелся и сказал:

– Гайрат, что будем делать? Я хочу забрать пери себе в жены.

– Надо сначала помочь царевне избавиться от ненавистного сватовства.

Ночью, рискуя головой, Гайрат проник во дворец, увиделся с пери и уговорил ее бежать.

В ту же ночь пери тайком покинула дворец и вывела юношей по изумрудной камышинке из подводного царства. На берегу у волшебника-рыбака они взяли своих коней и поехали в ханскую столицу Бустонабад.

Пусть они едут, а вы послушайте про хана Кагара.

Долго ждал хан Кагар возвращения своего сына с охоты и, наконец, обеспокоился. Позвал он своих придворных и объявил:

– Немедленно найдите Турсуна, а если не разыщите, я город разорю, а всех мужчин и женщин, малых и больших повешу, да и вас в придачу.

Во все стороны поскакали испуганные придворные искать ханского сына.

Те, кто поехал к реке Сыр-Дарье, смотрят, едет Турсун живой и невредимый с Гайратом и с прекрасной пери.

– Поезжайте вперед и скажите отцу, – сказал Турсун придворным,. – что еду я и везу с собой невесту, дочь царя подводного царства.

А хан Кагар не мог затушить огонь страсти своей к прекрасной пери и, услышав о том, что родной сын стал его соперником, замыслил черное дело. Приказал он своему наперснику, страшному и злому колдуну Джа-дугару погубить Турсуна, а сам начал готовить торжественный пир.

Тем временем юноши с красавицей неторопливо еха-ли в сторону Бустонабада. Откуда ни возьмись, на краю дороги на тополь сел большущий черный ворон и давай каркать:

– Карр, карр, каррр!

Омрачилось лицо прекрасной пери и она сказала: – Что говорит эта мудрая птица?

– Э, стоит ли обращать внимание на всякую птицу, заявил Турсун и натянул было уже лук, чтобы стрелой сразить ворона.

– Нет, – схватила за руку Турсуна пери, – растол-куйте мне, что советует ворон, иначе я дальше не поеду.

– Ха, ха, какой совет может дать дрянная ворона; лучше я пристрелю ее.

Но Гайрат приложил руку к сердцу и обратился к царевне:

– О пери, первое «карр» означает – берегитесь! Второе «карр» – хан задумал отравить Турсуна. Третье «каррр» – хан хочет вас, пери, сделать своей женой.

Хотела пери повернуть обратно, но Турсун заявил:

– Все это неправда.

Но пери настаивала. Пока они спорили, загудели трубы, забили барабаны, открылись ворота Бустонабада и приблизился верхом на парадно убранном коне хан Кагар в сопровождении пышной свиты. Пришлось всем ехать в город.

Когда прибыли во дворец, хан приставил к царевне сорок прислужниц и отослал ее на женскую половину. а сам под руку повел сына в богато разукрашенный покой и сказал:

– Душа моя, сыночек любимый, приляг и отдохни с дороги пока готовится пир в честь твоего приезда.

– Прекрасную постель приготовили вам, – заметил, кланяясь, колдун Джадугар.

Только Турсун снял с себя верхнюю одежду и хотел прилечь, как вдруг Гайрат бросился вперед и начал наносить удары саблей по шелковому покрывалу, которым была покрыта постель.

– Что делает этот сумасшедший, – воскликнул Турсун, но тут все увидели, как из-под покрывала выползли ядовитые змеи. Все в ужасе бросились бежать. Только Гайрат остался в комнате, пока не изрубил всех змей в куски.

Вскоре все собрались в пиршественном зале. Хан Кагар по знаку своего наперсника колдуна выбрал блюдо плова и приказал прислужнику отнести его сыну, сидевшему на другом конце дастархана.

– Душа моя, сыночек, покушай на здоровье, – сказал хан.

Едва прислужник сделал два шага, как Гайрат подскочил к нему и, взяв из его рук блюдо, понес сам, но запнулся о ковер, уронил блюдо на земь. Плов рассыпался.

– Эх, какой ты неловкий, Гайрат, – засмеялся Турсун.

Ханская гончая подбежала, поела плова и тут же издохла.

Все гости поняли, что плов был отравлен.

Вечером хан Кагар пригласил сына в сад, но Гайрат сделал тайный знак и Турсун стал отказываться. Тогда хан сказал:

– Душа моя, сыночек, в саду в беседке наслаждается свежестью вечера твоя невеста пери. Неужели ты не захочешь на нее взглянуть.

Тогда Турсун бегом бросился в сад и направился поспешно к беседке, в окно которой пери любовалась земными цветами.

– О, моя любимая! – воскликнул Турсун, но в ужасе попятился. Из-за куста выполз дракон колдуна Джа-Дугара и кинулся на ханского сына.

В ужасе Турсун бросился бежать, забыв, что у него на поясе висит боевой меч.

Тут пришел бы конец Турсуну и хан избавился бы от своего сына-соперника, но в сад прибежал Гайрат и сразился с драконом.

Долго Гайрат бился с чудовищем, но, наконец, изловчился и взмахом сабли снес ему голову.

Пери захлопала в ладоши, и Гайрат поднял голову. Он увидел, что несколько капель драконовой крови брызнули на прелестное лицо пери.

Подбежал Гайрат к беседке, вскарабкался на подоконник и начал снимать осторожно губами капли ядовитой крови со щеки пери.

Тут вернулся пришедший в себя Турсун и в ярости закричал:

– Как смеешь ты целовать мою невесту?

– Кровь дракона ядовита и могла повредить девичьей красе, – спокойно объяснил Гайрат. – У меня не оказалось платка и я вынужден был губами снять капли.

– Нет, у тебя на уме другое. Я прикажу казнить и тебя и изменницу невесту.

– Гайрат столько сделал для вас, о Турсун, – печально сказала пери, – а вы упрекаете его и клевещете на него и на меня. Он верный друг ваш.

– Да, мы с Турсуном клялись в юности, что если один из нас откажется от другого, пусть превратится он в камень. Лучше я стану камнем, но больше я не друг тебе, Турсун.

Сказал так Гайрат и окаменел.

В ужасе бросился Турсун бежать из сада, а из глаз пери хлынули потоком слезы любви и горя. Дождем слезинки падали на окаменевшее тело Гайрата и там,где камня касалась слеза, превращался он в живое тело.

Обняла пери мертвый холодный камень и вдруг почувствовала, как он оживает. Поцеловала пери Гайрата, и он предстал перед ней живой и могучий.

Не стал больше раздумывать Гайрат, схватил он пери в объятия, вскочил с ней на коня и умчался.

Что касается хана Кагара, то при виде пери в объятиях Гайрата он в изумлении открыл рот, да так и остался с разинутым ртом до самой смерти.

А ханский сын Турсун испугался, ушел из дворца, одел дервишеское платье и пропал без вести.